Лютер всё ещё стоит рядом. Я ощущаю его присутствие с левого бока. И меня не покидает чувство, что он смотрит на меня. А потом он невзначай касается меня своей рукой, а я вздрагиваю, хватаясь за локоть отца.

А затем я слышу рядом с Лютером низкий голос Грэя Вэйлиса:

— Уже познакомился с нашими гостями, Лютер?

Папа был поглощен разговор, поэтому он даже не повернулся и продолжил что-то рассказывать. Я подняла голову и увидела, как они смотрят друг на друга, прищурившись.

— Ага, — он улыбается, а затем скользит по мне взглядом тёмных глаз, усмехается.

А после уходит медленной ленивой походкой куда-то вглубь зала. Грэй становится рядом со мной, а я инстинктивно прижимаюсь к папе. Отец удивленно смотрит на меня, пока я прячу глаза, а затем смотрит на Грэя:

— О, господин Грэй…

— Мистер Данн, могу ли я пригласить Рейну на танец? — спрашивает он моего отца, а у меня глаза от шока расширяются.

Нет, нет, нет. Папа, откажись, пожалуйста. Не отдавай меня ему…

Но отец только расплывается в счастливой улыбке и от чистого сердца говорит:

— Конечно, господин Грэй! Вы могли бы спросить напрямую Рейну! Но зная её характер, она бы застеснялась. Пожалуйста, позаботьтесь о моей дочери, — он берёт мою руку и вкладывает её в ладонь альфы.

А я от шока теряю дар речи. Только и могу, как рыба глотать воздух, когда он тянет меня за собой.

Сердце бешено колотится в груди. Я боюсь поднять глаза. Его горячая ладонь ложится на мою спину, чуть выше талии, а другая продолжает держать мою руку. Я заставляю дрожащую ладонь положить ему на плечо. В груди застрял воздух, лёгкие с тупой болью требует кислорода. Я издаю глухой выдох, утыкаясь взглядом в массивную грудь альфы.

— Расслабьтесь, мисс Данн, — его хриплый голос доносится до меня сквозь шум в ушах. — Дышите.

Расслабиться? Дышать? Как можно после того, что он пытался сделать со мной в библиотеке буквально сорок минут назад расслабиться? Ещё и обращается сейчас ко мне официально по фамилии. А там вёл себя так, будто я какая-то шлюха.

Грэй стискивает мою спину слишком ощутимо. Мы всё ещё не двигаемся, хотя пары вокруг медленно танцуют под приятную мелодию, что играют музыканты в углу зала. Я слышу, как он вздыхает, и его дыхание опаляет мою макушку. У него приятный свежий парфюм, которым хочется дышать. А затем, Грэй начинает двигаться, ведёт меня в танце. Его движения плавные, отточенные, будто бы он с детства занимался танцами. А я из-за того, что слишком напряжена и испугана, не могу ступить нормально и шагу. Ноги деревянные, тело трясёт.

— Мисс Данн, — зовёт он меня, но я не поднимаю головы. — Рейна.

Его ладонь скользит на талию, а затем поднимается обратно. Грэй не пытается прижать меня к себе и действует вполне по правилам этикета, но я всем телом ощущаю его горячую мощную энергетику, что обвивает меня с ног до головы, словно щупальца. Я чувствую себя сейчас как беззащитная зайка, попавшаяся в лапы волку.

— Посмотрите на меня, — его хриплый голос доносится прямо возле моего уха. Мурашки расползаются по шее. — Пожалуйста.

О боже, он просит посмотреть на него. Но я боюсь. Не могу.

— Господин Грэй, не надо, пожалуйста, — шепчу слишком тихо, но он всё равно меня услышал, потому что я почувствовала, как он напрягся и сжал мою ладонь сильнее.

— Я вёл себя недостойно по отношению к вам. Приношу свои извинения ещё раз, — говорит он практически шёпотом.

А я оступаюсь и наступаю ему на ногу. Отшатываюсь, но крепкие руки удерживают меня. И тогда я всё-таки поднимаю на него взгляд. И сейчас могу в полной мере разглядеть его пронзительные глаза. Один голубой — как летнее безоблачное небо, а другой зелёный — яркий, с коричневыми крапинками у основания радужки.

Волнение проносится по всему телу. Кожа становится такой чувствительной, будто бы у меня температура под сорок!

Боже… Его близость странно на меня влияет. И я даже не знаю, как это объяснить. Будто бы всё в этом альфе влияет на моё тело. Кожа горит и покалывает, волоски на теле встают дыбом, в носу оседает его запах, а во рту скапливается слюна. Слишком сильно, чтобы этого не заметить. Я сглатываю её и пугаюсь своих ощущений. Я бы не сказала, что это возбуждение. Во-первых — никогда его испытывала, а во-вторых — это больше похоже на жажду…

Будто бы я долго шла по безлюдной жаркой пустыне, без капли воды и, наконец, добралась до оазиса — прохладного влажного места с небольшим притягательным озером и питьевой водой, которая сможет утолить эту жажду.

Я судорожно выдыхаю и снова сглатываю слюну, опускаю взгляд с его лица на мощную шею. Его кожа слегка смуглая, под ней я вижу венку, что сейчас пульсирует.