– Да, я приеду. Обязательно.

Ханс запечатлел на ее губах мягкий, намекающий на продолжение поцелуй, и Мира вышла из квартиры, надеясь скоро вернуться.

Они закончили клип за два дня до Рождества, а значит, Джек успеет отпраздновать с семьей. И приедет не только с заработанными деньгами, но и новым откровением – он скучает по известности и славе. Джеку не хотелось возвращаться в спорт, но профессия актера его привлекла. Элизабет обязательно поддержит, он не сомневался и, дожидаясь рейса, размышлял, как рассказать о своих планах агенту, чтобы не свести его с ума такими новостями. Роберт давно говорил, что у Джека «киношное лицо».

Мира вбежала в аэропорт, и сердце Льюиса мягко ударилось о грудную клетку. Он так и не узнал, почему Белладонна помешалась на нем. Оставалось надеяться, Ханс поможет Мире разобраться в себе.

Когда она подошла, Джек положил ладони ей на плечи:

– Прощай, Эльмира. Несмотря на все твои… – замолчал, усмехнулся, – …выходки, я был рад познакомиться с тобой. Ты удивительная девушка.

Она кивнула, откинув с лица пряди длинных волос. Джек надеялся, Мира отпускала его физически, провожая на самолет, и отпускала свои фантазии и обиды. Льюис подхватил спортивную сумку и хотел повернуться в сторону стойки регистрации, но замер, когда Мира вздрогнула и достала из кармана телефон. Мгновение вглядывалась в экран, а ее лицо стремительно бледнело. Подняв на Джека блестящие глаза, Мира прошептала:

– Мне нужно в больницу.

– Решила сходить к врачу? Правильно.

Но она не отреагировала на его сарказм. Мира смотрела сквозь Джека, издавая то частые вздохи, то отрывистые стоны.

– Мне нужно поехать в Цюрих. Прямо сейчас. Тристан… Я ему нужна.

Джек застыл: он дважды за сегодня видел, как Эльмира плачет. Ее рыдания не были похожи на женскую истерику со всхлипами и театральными вздохами или на хныканье избалованного ребенка. Она плакала молча, эмоции не тронули белое, словно фарфор, лицо. В попытке успокоиться, она медленно моргала, пока по ее щекам катились прозрачные капли.

– Если нужно, я могу позвонить кому-нибудь.

– Нет. – Мира покачала головой. – Никто из них не поймет. Ты… ты можешь поехать со мной? Пожалуйста.

– Хорошо. – Джек сам удивился, как легко согласие слетело с губ. Но как он мог поступить иначе в ее состоянии? Тем более это касалось загадочного Тристана, а до Рождества было два дня. Элизабет поймет. – Если тебе нужно, чтобы я был рядом, я поеду. Как друг, – уточнил Джек.

– Спасибо, – выдохнула облегченно, уткнувшись лицом в его плечо. Рубашка под открытой курткой вмиг промокла от слез; Джек вздрогнул и сильнее прижал Миру к себе.

Возможно, это событие – именно то, зачем он на самом деле приехал в Дрезден и почему реагировал на все выходки Белладонны.

Наша Таня – «Нет тепла»

Polnalyubvi – «Твои глаза»

Polnalyubvi – «Успокой меня»

Wham! – Lаst Christmas

Elvira T – «Смог спасти»

Bosse – Steine

Lena – Love

Joy – Valerie

Joy – Touch By Touch

Макsим – «Спасибо»

Каждый раз при посещении больницы Миру начинало тошнить. От запаха лекарств. От страданий в глазах родных. От собственного бессилия.

И воспоминаний. Ржаво-красные ладони. Ослепительно-алый пол. Калейдоскоп рук и ног – немые участники и виновники. Блеск ножа. Тристан упал на кафель. Хруст черепа. Крики взрослых. Огни «Скорой помощи». Тристана погрузили на носилки. Увезли. Тишина.

Даже спустя пять лет Мира с трудом дышала, вспоминая о лучшем друге. Она стояла посреди белого коридора, и каждый новый вдох не позволял забыть о чувстве вины. Им двадцать лет, но если Эльмира живет, то Тристан – существует. «Черепно-мозговая травма… Он потерял много крови… Не реагирует… Кома…» – Она слышала только обрывки фраз, пока сидела в приемной, а врачи боролись за жизнь ее друга. Фрау Ланге долго ругалась из-за того, что Мира наплевала на правила и приехала на ближайшем автобусе в больницу. Как Мира могла не приехать? Тристан в опасности из-за нее. Смелость, любовь, дружба – Мира знала, что это хорошие слова. Но раз так, почему они принесли столько горя?