– Что с голосом?

Физически ощутил, как она хмурится. И зевает, сонная.

– Не знаю, ничего не знаю… – Прислонился затылком к стене остановки, пытаясь унять бетономешалку в голове. На улице легче. Нет безумных мыслей, но есть ощущение, что меня пожевали, выплюнули и раздавили ботинком. – Приезжай, Ари, пожалуйста.

Сбросила. Гудки. Не оставляй меня…

– Стивен! Стивен Рэтбоун, очнись!

– М…

Голова трещала, ноги ватные. Через секунду я, нагнувшись, блевал на асфальт. Прополоскало и отпустило. Опираясь о скамью, я привстал и огляделся: мы сидели на остановке, я вытирал рукавом куртки рвоту с губ, а встревоженная Ари глядела себе под ноги – чудом не задел ее белые кеды.

Я придурок. Ари очень красивая.

– Что произошло?

Я ожидал услышать эту фразу от Аристель, но вопрос задал я. Как же трещит голова! Я сел прямо и, взлохматив волосы, уставился на Ари, надеясь, что она знает о моем состоянии. Потому что я не понимал ничего.

– Ты не в курсе, правда? – Ее лицо отливало синевой из-за подцветки остановки. Одета неряшливо – видно, собиралась впопыхах. Джинсовые шорты, свитер, кеды на босую ногу. Ни грамма косметики. Прелесть. – Вот, – она помахала перед моим носом пакетиком, размер которого не превышал чайный, – говорит, что я наркоманка. Пф, – добавила с обидой.

Уставившись на пакетик с таблетками, я пытался сообразить, как это случилось. Да, я ездил на вечеринку, но там все свои… Это смешно.

– Это смешно, – сказал я вслух, вырвав из рук Ари наркотики и, не задумываясь, кинул в ближайшую урну. – Смешно!

Ари проследила за моими действиями и досадливо прикусила губу. Вытащила из кармана сигареты и сказала:

– Наркотики были в твоих джинсах. Как себя чувствуешь? – Брошенная вскользь фраза, а я знаю: она волнуется. Иначе не приехала бы.

Я смотрел, как Ари делала первую затяжку: огонь осветил ее сонное личико. Тоже не прочь покурить – во рту кисло.

– Это кокаин? – спросил я.

– Ха, кому ты нужен, давать тебе кокаин. Или ты заплатил за него?

Я пожал плечами:

– Не помню.

– Психоделик, наверное. – Ари стряхнула с бедер сигаретный пепел. – Галлюцинации были?

Я неуверенно кивнул.

– Или психоз от большой дозы. У меня бывали такие: ты должен помнить, когда мы вновь встретились, ты пришел ко мне отдать зажигалку. Я тогда чуть с белым светом не попрощалась. Накрыло меня люто.

– Знаешь, начинаю опасаться твоих знаний. И твоего сленга.

– Приходилось быть в курсе последствий, – сосредоточенно ответила Ари. – Забудь. Ты легко отделался, мог не звонить.

Внутри все свернулось в узел. Кретин. Она сорвалась, приехала.

– Не употреблял и не буду, – проворчал я. – Кошмар: жажда, навязчивые мысли, температура повысилась. Энергия – не мог спать, но все валилось из рук. Думал, что разбил бутылки, а их не было… Софи сказала.

– Охотно верю.

– Спасибо, что приехала, – осторожно поблагодарил я, наблюдая: Ари откинулась назад, облокотившись спиной о стеклянную стену остановки. Прикрыла глаза. Несколько секунд молчала, сжимая в пальцах сигарету.

– Джерад работает, – выпустила изо рта дым, – все равно делать нечего.

– Будь он дома, ты бы не приехала? – Как ни старался скрыть радость, самодовольная усмешка все-таки украсила интонацию.

Я выхватил у Ари сигарету и затянулся. Крепкие. С привкусом ее губ.

– Нет. Не приехала бы, – твердо ответила Аристель.

Отвернувшись, я заулыбался, щелчком отправив докуренную до фильтра сигарету в урну. Ари не умеет врать. Мне, по крайней мере. Самонадеянно. Придает сил. Не хочу ее отпускать. Не хочу, чтобы она возвращалась к Джераду. Не хочу, чтобы хотела вернуться к нему.

– Я могу идти? Вижу, ты отлично себя чувствуешь.

– Мне плохо. Боюсь, потеряю сознание, – соврал я, присев к Ари ближе и быстро заморгал – надеюсь, похож на милого щеночка. Я погладил Ари по запястью: – Посидишь со мной немного?

Она задумалась:

– Ладно.

Тишина, как хрупкий мостик, позволяет Аристель быть рядом. Я согревался ее присутствием. Ночной воздух окончательно привел меня в порядок, об инциденте с наркотиками напоминала только серовато-желто-зеленая лужа на асфальте. Мы одновременно уставились на нее.

– Может быть…

– …прогуляемся? – закончил я.

Ари всегда умиляло, когда люди заканчивали фразы друг за другом. Мы смотрели романтические фильмы, и когда герои делали так, она тут же кричала: «Это настоящая любовь! У фильма будет счастливый финал!» Ари всегда оказывалась права. Могу ли я надеяться на наш счастливый финал?

От остановки мы прогуливались вдоль многоэтажных домов в сторону пригорода. Освещение поддерживали фонарные столбы, вывески баров и круглосуточных магазинов. Я касался плечом плеча Ари и до боли желал взять ее за руку. Глупый Стивен, как ты мог все испортить…