— Теперь, возможно, ты понимаешь, насколько серьезно я настроен захватить дистрибьюторскую сеть «Падших». Я попрошу Виктора вытащить веревку у тебя изо рта, и ты расскажешь мне все об операции Зевса, не так ли?

Я не отреагировала, но он кивнул Виктору, чтобы тот развязал веревку. Когда он это сделал, я выплюнула ее себе на колени.

— Я ничего об этом не знаю, болван. Старушки не посвящены в такую информацию, и ты это знаешь. — прохрипела я сквозь больное, пересохшее горло.

— Я знаю, что мужчина чувствует себя хорошо после того, как взял свою сучку, он не боится делиться с ней чем-то. — Сказал он.

Черт, конечно, он думал, что я была с Зевсом. Все за пределами МК так думали. Не сходилось только то, что Лисандер точно знал, что я была с Кингом, а не с его отцом. Зачем ему скрывать это от своего «босса» или кем там Луис был для него?

Мои глаза метнулись в его сторону, но он смотрел сквозь меня, как будто меня там и не было.

Луис подошел ближе, и еще один человек материализовался из тени, чтобы присоединиться к нему. Новоприбывший хрустнул костяшками пальцев и улыбнулся мне, когда Луис сказал:

— Мы сыграем в игру, в которой ты расскажешь мне то, что я хочу знать, а Харп не будет бить твое красивое лицо, хорошо?

Я закрыла глаза, жалея, что у меня во рту снова нет кляпа. Я пыталась найти безопасное место для отдыха внутри себя, поскольку не могла ответить на вопрос за вопросом, а кулаки Гарпа продолжали приближаться. Такого места не было. Но я обнаружила, что могу позволить боли унести меня на темных облаках, чтобы я дрейфовала от боли к боли в душевном чистилище. Что угодно было лучше, чем возвращение в реальность.

Поэтому мне потребовалось много времени, чтобы распознать звук выстрела, хотя он отрикошетил так близко от моей головы. Сквозь затуманенные глаза я видела, как Гарп упал на землю, половина его лица была снесена пулей. Затем повсюду появились люди, одетые в красные, черные и зеленые цвета «Ночных сталкеров», и другие, другие люди, одетые в мои любимые цвета во всем мире. Зеленый, черный и белый.

Прибыли «Падшие».

В бреду я заметила Нову, присевшего у одной из дверей, прикрывая Кинга, Зевса и Приста, когда они вбежали внутрь, низко приседая и держа в руках оружие. Чернота сузила мое зрение, как фильтр камеры, и я продолжала погружаться и выходить из бессознательного состояния, поэтому видела только вспышки.

Зевс набросился на Луиса, когда тот пытался убежать, его львиный рев ярости, когда он начал наносить удары по лицу мексиканского наркобарона. Бат, появляющийся из ниоткуда с огромной снайперской винтовкой, пристегнутой к спине. Он завалил двух «Ночных сталкеров» голыми руками без каких-либо видимых усилий.

Кинг. Я попыталась проследить за его передвижением по складу, но я была слишком ошеломлена, слишком сильно кружилась голова.

— Детка, — позвал он, его голос пробился сквозь тяжелые занавеси тьмы, окутавшие мой разум, и я смогла увидеть свет.

Я открыла глаза и увидела перед собой его лицо. Он никогда не был так похож на падшего ангела, как в этот момент, его великолепное лицо было маской мстительной ярости.

— Кинг, — вздохнула я, но от усилия у меня заболели ребра, и я подумала, не направил ли мой мучитель свои удары мне в лицо.

— Вытаскиваю тебя из этих веревок, — говорил он, когда я снова вцепился в него.

Я отчетливо почувствовала, как он ослабил их на моей груди и лодыжках. Когда он добрался до моих рук, он выругался так злобно, что я дернулась, а затем заскулила от резкой боли.

— Гребаные ублюдки. — Снова выругался он.

В руках у него вдруг появился молоток, на металлической головке которого виднелись пятна крови. Я поняла, что они, вероятно, бросили его на пол рядом со мной после того, как забили в меня гвозди.

Меня снова сильно рвало, но не вырвало.

— Будет больно. — Сказал Кинг над особенно громким выстрелом.

Он не дал мне времени затормозить. Другой стороной молотка, зажатой под головкой маленького шипа, он вырвал металл из моей руки.

Я закричала, так сильно и громко, что на несколько секунд потеряла сознание.

Затем я пришла в себя как раз вовремя, чтобы он вытащил другой шип.

Я снова потеряла сознание.

— Черт, она так сильно истекает кровью. — Говорил Кинг, когда я пришла в себя, но не открыла глаза.

— Оберните ее потуже, — сказал кто-то, как мне показалось, Нова, с другой стороны, когда они обвязывали каждую мою руку тканью.

Давление усилило боль, затем мои руки странно онемели. Это было огромное облегчение. Я открыла глаза и рот, чтобы сказать это, и увидела двух «Ночных Сталкеров», бесшумно приближающихся сзади Кинга и Новы.

Я беззвучно закричала.

Они оба бесконечно сместились. Нова уклонился от нападавшего, затем бросился на его торс в низком захвате.