Я засунула пистолет за пояс, а Дэннер грубо вздохнул и протянул руку к моему ботинку, чтобы он мог запустить меня через забор. Я вскарабкалась и перевернулась на другую сторону, ловко пробравшись через десятифутовый забор. Дэннер шел за мной, карабкаясь по высоте так, как будто он годами лазал по заборам каждый день своей жизни.

— Ты сделал это легко, — сказала я ему, впечатленно приподняв бровь.

— Долгое время был полицейским. Три года под прикрытием. Какое твое оправдание? — спросил он, отражая мое выражение лица.

Я ухмыльнулась. — Долгое время была бунтаркой.

Он фыркнул. — Убейте меня, давай покончим с этим, чтобы я мог отвезти тебя домой и перекинуть через свое чертово колено.

Я вздрогнула, но побежала за ним, пока он бежал в кучу разноцветных грузовых контейнеров, сваленных на огромной стоянке.

Офис Гранта Ива представлял собой трейлер на вершине лестницы рядом с краном, который использовался для перемещения контейнеров с грузовых судов на землю. В его кабинете все еще горел свет.

— Удачи. Будь в безопасности, — прошептал Дэннер, когда мы достигли вершины платформы, и я направилась к двери.

Он грубо поцеловал меня, показывая свою тревогу единственным доступным ему способом.

Я успокаивающе положила руку на его щеку, быстро поцеловала и пошла к двери.

Когда Грант Ив ответил, я была потрясена.

Он выглядел точно так же, как Джейкоб, его рыжие волосы были такими яркими, что сияли, как оранжевое внешнее кольцо пламени в свете, льющемся из его кабинета.

— Я могу вам помочь? — хрипло спросил он, подозрительно глядя мимо меня.

— Да, гм, простите, что беспокою вас на работе, но это был единственный адрес, который я смогла найти. Я Харли-Роуз Мейкомб, дочь Фарры Мейкомб.

Брови Гранта взлетели ко лбу. — Ни хрена себя.

Был шанс, что он все еще дружил с моей матерью, в конце концов, она практически похвасталась мне, что она связалась с Жнецом в администрации порта.

Но я была готова поставить свою жизнь на то, что это не так.

Фарра не умела дружить.

— Да, к сожалению для меня, — сказала я с тонкой улыбкой и пожала плечами, — На самом деле я здесь, чтобы поговорить с вами о Джейкобе и Хани, я надеюсь найти их. Я бы очень хотела познакомиться со своей сестрой и поблагодарить Джейкоба за маленькое утешение, которое он дал мне и моему брату, когда он был в нашей жизни.

Его лицо преобразилось, подозрение уступило место сочувствию. — Да, твоя мама была настоящей гребаной проблемой. Жаль, что тебе пришлось столкнуться с этим в детстве.

Я пожала плечами. — Дерьмо случается со всеми.

— Да, — сказал он вдруг тяжелым голосом, — Почему бы тебе не войти внутрь, дорогая?

Я благодарно улыбнулась ему, скрывая внутреннее торжество, и проскользнула мимо него в кабинет. Он сел за свой Г-образный стол и жестом пригласил меня сделать то же самое на стуле напротив него.

— Послушай, мне очень жаль, что я должен тебе это говорить, но Джейкоб погиб в автокатастрофе много лет назад. Я пытался получить опеку над Хани, милая малышка, но штат не давал мне ни хрена с ее матерью живой и здоровой, так что я проиграл. Должно быть, уже два года, как я не видел девочку, хотя она и раньше сбегала ко мне.

Боже, мое сердце сжалось от сочувствия к моей сводной сестре.

Я прожила с Фаррой всего девять лет. Я не могла представить, что шестнадцать из них сделают с девушкой.

— Черт, — пробормотала я, лихорадочно пытаясь придумать, под каким углом склонить его на синюю сторону, — Мне очень нужно ее найти.

— Да? Что произошло? — спросил он, наклоняясь вперед, и его обветренное лицо еще больше сморщилось от беспокойства.

Возможно, он был коррумпированным человеком, но он был любящим дядей.

Идеально.

Мой голос дрожал, когда я сказала. — У меня есть подруга, которая встречается с братом из МК Берсеркеров. Она сказала мне, что они разыскивают Хани, что она должна им что-то вроде пяти тысяч долларов за наркотики.

— Черт, — яростно выругался он, потрясение печатными буквами отразилось на его лице, — Знал, что она употребляет, но не знал, что она делает это из карманов Берсеркеров.

Я кивнула, осторожно выдавливая из глаз слезу, которая не была полностью фальшивой. Я, конечно, лгала об участии Хани в МК, но ее реального затруднительного положения с порнографической компанией Ирины Вентуры тоже было достаточно, чтобы пролить слезы.

— Не уверена, что ты много знаешь об этом клубе, но они чертовски безжалостны. Если она не заплатит и вскоре ее найдут, то они убьют ее.

— Черт возьми, — сказал он, дергая свои оранжевые усы так сильно, что это должно было причинить боль, — Черт. Я не знал.

— Ты знаешь этот клуб? — осторожно спросила я.