— Помедленнее, — предупреждает он, когда я начинаю сопротивляться. Я опускаю голову на матрас, с трудом втягиваю воздух в легкие и очень медленно двигаю бедрами, чтобы он мог войти в меня, дюйм за прекрасным, твердым дюймом, пока не окажется внутри полностью.

— Ты все еще в джинсах, — говорю я, затаив дыхание.

Райан отвечает хриплым голосом.

— Я сниму их через минуту. Сначала мне нужно, чтобы ты была вот так. А теперь прижмись к моему члену, детка, и поцелуй меня.

Я притягиваю его голову к себе и глубоко целую, мои бедра дрожат по обе стороны от его бедер, а сердце бьется как гром. Затем, очень медленно, я начинаю двигаться круговыми движениями. Это так приятно, что я сжимаю его упругие ягодицы и трусь об него, потираясь чувствительным клитором о его таз и не выпуская из себя его пульсирующий член.

— О боже, это мое новое любимое занятие, — тяжело дышу я. — Ты такой твердый. Как камень.

— Дай всему этому раскрыться. Не торопись. Просто почувствуй меня. Почувствуй, как нам хорошо вместе.

Райан опускает голову и втягивает в рот мой сосок. Я выгибаюсь, задыхаясь, мне хочется смеяться, плакать и кричать одновременно, все эти эмоции захлестывают меня, и мне приходится бороться за каждый вдох.

— Мой прекрасный Ангел, — шепчет Райан, касаясь губами моей груди и посасывая ее. Его мягкие волосы щекочут мою кожу. Его голос становится тише. — Ты знаешь, что завладела моим сердцем.

Я сдерживаю всхлип.

Он прижимается ко мне всем телом. Затем вдыхает аромат моей шеи, издает глубокий стон удовольствия и двигает бедрами.

— Давай, детка, — нежно подбадривает он, когда я замираю. — Это твой член. Трахни его.

Я закрываю глаза и провожу руками по его мускулистым рукам, наслаждаясь силой, которую я чувствую в них. Затем выдыхаю задержанный воздух и покачиваю бедрами.

Райан рычит от удовольствия, поэтому я делаю это снова. И снова. И снова.

Он горячий, тяжелый и твердый. Всё его тело накачанное и мужественное, и мне это так нравится, что я не могу удержаться и не полапать его, как жадное маленькое голодное животное. Я поворачиваю голову к его руке и впиваюсь зубами в мышцу, слушая, как он тяжело дышит и тихо стонет. Я такая мокрая, что слышу, как хлюпает, когда я трусь об него, но мне всё равно. Я не в состоянии мыслить рационально. Я почти в бреду.

Он берет инициативу в свои руки и начинает медленно и глубоко входить в меня, прижимаясь губами к моей шее. Мои соски трутся о его грудь при каждом движении, посылая волны удовольствия по всему телу, а внутри меня нарастает напряжение, с каждым толчком его члена становясь всё сильнее.

— Я близко, — выдыхаю я, дрожа от потребности в освобождении.

— Держись, детка. Выдохни. Будет намного сильнее, если ты сможешь сдержаться.

Райан продолжает двигаться, покачивая бедрами в мучительно медленном, ровном ритме, и его горячее дыхание обжигает мой слух. Когда я вскрикиваю, почти теряя самообладание, он замирает и покрывает нежными поцелуями мою шею и плечи.

Я тяну его за волосы, желая закричать, желая кончить, но в то же время желая удержаться, делая глубокие вдохи и бесконтрольно дрожа под ним.

— О, черт, ты как раз вовремя, — шепчет он, когда я сжимаю его в объятиях. Райан поднимает голову и смотрит мне в глаза. Наступает момент, долгий, бездонный момент, когда мы просто смотрим друг на друга, и наши сердца отражаются в наших глазах, и между нами всё обнажено.

Затем он выдыхает и входит в меня, и я теряю самообладание.

Мое тело выгибается, когда оргазм захлестывает меня, напрягая мышцы и сбивая дыхание. Я вскрикиваю, бессмысленно извиваясь, сходя с ума под ним, когда он входит в меня снова и снова, постанывая от удовольствия, наблюдая, как я кончаю, сквозь прищуренные глаза.

Райан, Райан, Райан.

Я выкрикиваю его имя – или рыдаю, – я не знаю, и мне всё равно. Меня больше ничего не волнует, кроме него, кроме этого, этого вихря грома и молний, воющих ветров и обжигающего дождя… Это может быть рай, а может быть ад, и когда я понимаю, что это не имеет значения, пока Райан со мной, это окончательно разрушает то, что осталось от стены вокруг моего сердца.

Всё рушится. Все мои сомнения. Весь мой страх. Все мои глупые оправдания.

Я действительно принадлежу этому мужчине, как бы я ни пыталась это отрицать, как бы ни насмехался надо мной мой рациональный ум. Как бы безумно и невероятно это ни было.

Я принадлежу ему.

А потом Райан смеется. Громко, запрокинув голову, – дикий, безумный смех, как будто он только что сбежал из тюрьмы.

— Да, так и есть, — говорит он, всё еще смеясь, и тут я понимаю, что произнесла это вслух.