Я протираю глаза, сбрасываю одеяло и направляюсь в ванную. Мой мочевой пузырь настолько наполнен, что готов лопнуть. Я справляю нужду, затем мою руки и лицо и чищу зубы, потому что от меня разит за версту. Когда я понимаю, что без раздумий воспользовалась зубной щеткой Райана, у меня возникает множество сомнений, и я стою, глядя на нее в своей руке.

Из дверного проема доносится его веселый голос.

— Я вижу, как дым валит у тебя из ушей, Ангел. Так может лопнуть какой-нибудь кровеносный сосуд.

Я бросаю на него взгляд. Райан без рубашки и босиком, в одних выцветших джинсах, стоит, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди, с кривой улыбкой на губах.

Как всегда, он прекрасен. Большой, мускулистый, татуированный, загорелый красавец, который утверждает, что я его.

Мне кажется, что мое сердце вот-вот взорвется.

— Я никогда раньше не пользовалась чужой зубной щеткой, — тихо говорю я.

— Я никогда раньше никому не позволял спать в моей постели.

Это заставляет меня вздрогнуть. Он видит мое удивление и растягивает слова: — Нет, даже вампирессам. Я выгоняю их сразу после того, как сыграю Рахманинова. Иди сюда.

Двигаясь со скоростью застывшей патоки, я кладу его зубную щетку в маленький стеклянный стаканчик и подхожу к нему. Райан протягивает руку и шевелит пальцами.

— Если будешь медлить, я состарюсь еще до того, как ты доберешься сюда.

— Дай мне секунду. Я пытаюсь взять себя в руки.

— Из-за того, как эффектно я выгляжу без рубашки?

Я обнимаю его и прячу лицо у него на груди.

— Из-за того, какой ты вообще потрясающий.

Он обнимает меня и крепко прижимает к себе. Меня окутывает тепло и аромат мужчины в расцвете сил: чистая кожа, теплый мускусный запах и что-то восхитительное, неуловимое, чертовски сексуальное, от чего у меня в горле застревает комок.

Райан утыкается носом мне в ухо.

— Я тебе нравлюсь, не так ли, Ангел? — дразнит он меня, из его груди вырывается смешок.

Я всхлипываю.

Одним плавным движением он наклоняется, поднимает меня на руки и направляется к застекленной душевой на противоположной стороне комнаты.

— Это будет что-то особенное? — спрашиваю я, обнимая его за широкие плечи. — Ты таскаешь меня за собой, как мешок с картошкой.

— Я чувствую себя мачо, когда могу поднять весь этот вес – ой!

— Так тебе и надо, — ворчу я, выпуская мочку его уха из своих передних зубов. Потом я чувствую себя виноватой и целую то место, которое только что укусила, заставляя его снова рассмеяться.

— Значит, у нее все-таки есть совесть, — размышляет Райан. — Кто бы мог подумать?

— Заткнись.

— Заставь меня это сделать.

Я закатываю глаза, когда он многозначительно подмигивает.

— Как будто тебе двенадцать.

— Ты не первая, кто мне это говорит.

Он не оскорблен, просто констатирует факт. Мы подходим к двери душа. Он ставит меня на ноги и без лишних слов стягивает с меня футболку.

— Лифчик и трусики в тон, — говорит Райан, жадно разглядывая мое нижнее белье. — Кружевные. Неплохо. Сними их.

— Ты невероятно напористый, ты же знаешь? — ворчу я, но в то же время подчиняюсь и тянусь, чтобы расстегнуть бюстгальтер. Когда бретельки сползают с моих плеч и грудь высвобождается, Райан прикусывает нижнюю губу.

— Да, — говорит он хриплым голосом. — А теперь сними эти чертовы трусики и дай мне посмотреть на тебя.

Я на мгновение оставляю бюстгальтер висеть на кончиках пальцев, потому что мне нравится, как от этой задержки загораются его глаза. Затем опускаю бюстгальтер на пол и просовываю большие пальцы под верхнюю часть трусиков, прямо над бедрами.

— Эти трусики? — спрашиваю я, поддразнивая и слегка покачиваясь. Он прищуривает глаза. — Тиран, — говорю я и опускаю трусики на дюйм.

Он бросает на меня быстрый взгляд, который мог бы разжечь лесной пожар.

Я опускаю трусики еще на дюйм.

— Ты мне не начальник, ты это знаешь, да?

— Как только ты снимешь их, — рычит он, — я докажу, что ты ошибаешься, дорогая.

Как же я начинаю любить этот сонный, тягучий южный акцент. Никогда бы не подумала, что пропущенная буква «г» в конце слова может быть такой сексуальной.

Я стягиваю трусики с бедер. Они соскальзывают по моим ногам и собираются вокруг лодыжек. Райан бросает на меня один долгий, молчаливый и обжигающий взгляд, затем опускается на колени, хватает меня за задницу, притягивает к себе и кусает прямо между ног.

Не больно. Скорее как… мое. Это мое, и я буду кусать, потому что могу и хочу.

Всё мое тело содрогается. Я никогда в жизни не возбуждалась так быстро.