Я открываю глаза и вижу американца, стоящего рядом со мной. Он смотрит на бармена в конце стойки, который кивает в знак согласия. Затем американец поворачивает голову и смотрит на меня.

Когда наши взгляды встречаются, меня словно током бьет. Это так сильно, что даже пугает. Я уже много лет ни к кому не испытывала серьезного влечения, да и мускулистые блондины вообще не в моем вкусе. Мне больше по душе темные и опасные.

Хотя, надо признать, у Золотого мальчика есть и опасная сторона. Взгляд его глаз совсем не безобидный.

— Привет, — говорит он, пристально глядя на меня.

Вот тут-то мне и нужно понять, какой он. Предпочитает глупых и веселых? Соблазнительных? Девушек по соседству? Есть ключ, который открывает дверь к либидо любого мужчины. А как только либидо пробуждается, мозг на время отключается.

Я так благодарна, что я женщина. Мы можем возбуждаться, не теряя полностью контроль над своим интеллектом.

— Привет, — говорю я нейтрально и снимаю солнцезащитные очки. Никто из нас не улыбается.

Он спрашивает: — Вы из какой части Парижа?

Мне приходится прилагать физические усилия, чтобы не моргать. Парижский акцент немного отличается от других французских акцентов, и тот факт, что он его выделил, настораживает.

И впечатляет. Он мне начинает нравиться, но, конечно, я себе этого не могу позволить.

— Вы знаете Париж? — застенчиво спрашиваю я, избегая его вопроса.

Он наклоняет голову.

— Немного.

Хм. Это может означать как то, что он видел город только в кино, так и то, что он жил там много лет. Золотой мальчик рассказывает примерно столько же, сколько и я.

— Восьмой округ, — парирую я, испытывая его. — Вокзал Сен-Лазар.

Его лицо остается бесстрастным.

— Шикарный район. Вы родом оттуда?

У меня такое чувство, что он тоже проверяет меня. Почему мне это нравится? Я решаю сменить тему, чтобы посмотреть, как он сам справится с этим.

— Как вас зовут?

Уголок его рта приподнимается. На щеке появляется маленькая шаловливая ямочка.

— Вы уклонились от моего вопроса.

— А вы только что избежали моего.

— Да, но только потому, что вы сами это начали.

— Забавно, вы не производите впечатления человека, который позволяет кому-то другому брать инициативу в свои руки.

Он усмехается.

— С таким прекрасным видом сзади, как у вас, дорогая, вы можешь взять инициативу в свои руки в любой момент.

Теперь мы улыбаемся друг другу. Впервые за долгое время мне становится почти весело.

Появляется бармен с напитками.

— Мне оставить их здесь, мистер Маклин?

— Ага, — отвечает Золотой мальчик, не сводя с меня глаз.

Бармен уходит, пообещав, что мои крокеты из моллюсков почти готовы.

— Итак, мистер Маклин, откуда вы родом в Джорджии?

Если он и удивлен, что я распознала его акцент, то этого не показывает. Просто уверенно и непринужденно пожимает плечами.

— Маленький городок, о котором никто не слышал.

— Да ладно вам. Теперь вы должны мне сказать.

Ямочка на его щеке становится глубже.

— Перри.

Моя улыбка становится шире. К несчастью для него и его эго, я провела много времени на юге Америки.

— Там проходит ежегодная Национальная ярмарка Джорджии. Симпатичный маленький исторический центр города. В Перри сколько, десять тысяч жителей?

Золотой мальчик пристально смотрит на меня.

— Пятнадцать. Как, вы сказали, вас зовут?

Я позволяю тишине затянуться, прежде чем тихо произнести: — Я не говорила.

Когда в его глазах вспыхивает желание, я понимаю, как буду с ним играть. Ему нравится, когда бросают вызов. А это значит, что девушка-соседка, глупая и веселая отходят на второй план, а на первый выходит пылкая соблазнительница. Я облизываю губы кончиком языка, опускаю подбородок и смотрю на него из-под ресниц.

Мистер Маклин ставит пустую пивную бутылку на стойку и садится на барный стул рядом со мной, не отрывая взгляда от моего лица. Его большие бедра широко расставлены по обе стороны от меня, фактически запирая меня в ловушке.

— Итак, — говорит он, — прекрасная безымянная мадемуазель. Мы будем друзьями или нет?

Я ничего не могу с собой поделать и смеюсь над его прямотой.

— Я не знаю, красивый американский морской пехотинец. Возможно, нам стоит обсудить, что вы подразумеваете под словом «друзья».

Мистер Маклин наклоняется ближе. Он с обнаженным торсом, босиком и весь мокрый ниже пояса. В его черных плавательных шортах отчетливо видна внушительная выпуклость. На его квадратном подбородке блестит медная щетина. Будь я любой другой женщиной, этот мужчина был бы для меня неотразим.

Американец тихо шепчет мне на ухо: — Всё, что вы захотите.