Его рот приближается к моему уху, и он шепчет: — Делай, что тебе говорят, жена, или я трахну тебя, но не дам тебе кончить.

Когда он называет меня «женой», со мной происходят странные вещи. Беспокойные, эмоциональные вещи. Я извиваюсь под ним, пытаясь отвлечь его достаточно сильно, чтобы он вошел в меня полностью, не уступая его нелепым требованиям.

Я должна была знать, что это не сработает. У этого человека дьявольская сила концентрации.

С внезапной, шокирующей скоростью Каллум переворачивает меня и начинает шлепать по заднице.

Когда я вскрикиваю, он говорит: — Я знаю, что тебе это нравится, так что не делай вид, будто не надеялась, что так и будет.

— Я не хочу!

— Да, это так. Позвольте мне доказать тебе это.

Он проводит рукой по моим пылающим ягодицам, затем скользит между ног и погружает пальцы в мою влажную киску.

— Дорогая жена, — шепчет он со смехом в голосе. — Ты такая дерьмовая лгунья.

Я зарываюсь лицом в подушку и скрежещу зубами. Когда он проводит пальцами по моему клитору, лениво поглаживая его, я вздрагиваю, наслаждаясь этими ощущениями.

— Хочешь, чтобы я взял его в рот?

— Разве это не очевидно?

— Скажи это.

— Что это за одержимость разговорами во время секса?

— Это называется общением.

— Нет, это называется «отвлекать».

— Это ты задаёшь вопросы. А теперь скажи то, что я хочу услышать.

Я пытаюсь поднять голову, чтобы повернуться и посмотреть на Каллума, но он укладывает меня обратно, крепко положив руку между моих лопаток, и приказывает: — Скажи это.

Мы оба молчим, пока он проводит своими волшебными пальцами между моих ног. Моя киска пульсирует и жаждет, чтобы ее заполнили. Когда я начинаю двигать бедрами в такт движениям его пальцев, он предупреждает: — Эмери.

Зажмурив глаза, я говорю: — Пожалуйста.

— Недостаточно хорошо. Ты можешь лучше. Скажи все это.

Каллум скользит пальцами вверх, вниз и по всему телу, время от времени останавливаясь, чтобы потереть мой клитор подушечкой большого пальца, пока я не задыхаюсь.

Он шепчет: — Будь моей хорошей девочкой. Давай, детка. Скажи это для меня.

Моя кожа горит. Мои соски покалывает. Я качаю бедрами, гоняясь за его пальцами, пока он не издает низкий, предупреждающий рык в глубине груди, и я сдаюсь.

Я говорю, задыхаясь: — Я хочу, чтобы ты съел меня. Хочу, чтобы ты трахнул меня, и, чтобы ты заставил меня кончить. И я хочу, чтобы ты сделал это прямо сейчас, потому что ты убиваешь меня.

В награду он переворачивает меня на спину и накрывает мою киску своим ртом. Когда я выгибаюсь и стону, он засовывает два пальца глубоко внутрь меня и начинает вводить и выводить их.

Я зарываюсь пальцами в его волосы и покачиваю бедрами, прижимаясь к его лицу.

Когда начинаю громко стонать, он поднимает голову и говорит: — Тебе нужно кончить?

— Да.

— Хорошо. Ты будешь делать это, задыхаясь от моего члена, а затем снова с ним, засунутым в твою киску.

Каллум падает на спину, затаскивает меня на себя, устраивает так, что мои бедра оказываются на его лице, а его торчащая эрекция — в нескольких дюймах от моего рта.

Затем он шлепает меня по заднице и приказывает: — Соси, пока я не скажу тебе остановиться.

Задыхаясь, я обхватываю основание его твердого члена и облизываю щель на головке. Каллум одобрительно рычит и просовывает язык глубоко внутрь меня. Я катаюсь на нем, стону, а затем вбираю его в горло.

Он ворчит в меня, впиваясь пальцами в мою попу, пока ест мою киску. Затем просовывает руку между ягодицами и гладит меня, рыча, когда я мяукаю и вздрагиваю.

Когда он погружает толстый палец в мою попку, я кончаю.

— Продолжай сосать этот член, жена, — шипит Каллум, вводя и выводя палец. Затем он сильно всасывает мой клитор, заставляя все мое тело дергаться.

Я открываю рот как можно шире и натягиваю его на член, проводя рукой вверх и вниз по стволу, пока я мотаю головой, бездумно подчиняясь ему, пока удовольствие разливается по моему телу.

— Ах, хорошая девочка, — хрипит он. — Это моя хорошая девочка. Кончи мне на лицо.

Я чувствую, какая я мокрая, и знаю, что, вероятно, вся в этом, но не могу перестать лихорадочно двигать бёдрами, прижимаясь к его рту. Что-то в том, как откровенно он со мной разговаривает, заставляет меня чувствовать себя такой раскрепощённой.

Я продолжаю сосать его до тех пор, пока у меня не начинает болеть челюсть, а сокращения в моей киске не прекращаются. Затем меня перекладывают в другую позу: я лежу на спине, закинув лодыжки ему на плечи.