Трик вцепился в руку схватившего его солдата, выкрутил ее и резко согнул в локте. Мия достала стилет из корсета и резанула люмината, державшего ее за запястье. Раздался звук бьющейся посуды, сдавленный крик – Джессамина ударила легионера бокалом по лицу. Осрик орал что было мочи:

– Уходим! Уходим!

Мия замахнулась стилетом, пуская кровь очередного центуриона, который попытался ее схватить. Трик уже мчался через толпу в другой конец зала, расталкивая по пути мужчин и женщин. Поймав на лету поднос с напитками, он метнул его в окно, и стекла с грохотом разбились. Юноша выпрыгнул, Мия не отставала, зашипев от боли, когда случайно порезалась рукой об осколок, оставшийся в раме. После прыжка покатилась по тонкому участку травы вдоль палаццо. Притормозила о Трика, выбивая весь воздух из его груди.

– Стоять! – проревел кто-то. – Именем Света, остановитесь!

Мия рывком подняла Трика на ноги и скривилась от боли – вся ее рука была залита кровью. Парочка метнулась в переулок, слыша позади себя хруст стекла и встревоженные крики. Мия поняла, что кто-то выбил окно на верхнем этаже, а затем увидела, как Тишь бежит от палаццо и лезет на крышу. Его наряд был забрызган кровью. Позади раздался тяжелый топот. Холодный ветер жалил кожу. Парочка добралась до высокого кованого забора, окружающего территорию палаццо, и Трик одним плавным движением перепрыгнул на другую сторону.

– Давай! – прошипел он.

Мия оглянулась через плечо и увидела направляющихся к ней четырех люминатов, обнаживших пылающие солнцестальные клинки. Но, похоже, вечернее платье не лучший наряд для отчаянного побега, не говоря уже о прыжках через трехметровые кованые заборы. Мия рассекла ткань стилетом до самого бедра. Затем полезла на забор и достигла верха как раз в ту секунду, когда в воздухе просвистел объятый огнем меч, расплавляя железо. Трик просунул руку через прутья – его клинок раскалился, – и юноша вскрикнул от боли. Мия приземлилась на булыжники мостовой, и они кинулись прочь под завывания морозного ветра.

– Куда? – с трудом произнес Трик.

– Аалея, – пропыхтела Мия.

Трик кивнул и побежал по причалу, сбил с ног какого-то бедного пьяного слугу и конфисковал его гондолу. Мия запрыгнула следом, и юноша начал яростно грести, выводя судно в канал, пока с полдюжины люминатов рассаживались в своей лодке, чтобы отправиться в погоню. Трик направил гондолу к палаццо, где они встретились с шахидом. У причала не стояли Десницы, в окнах не горел свет. Ворвавшись через парадный вход, они обнаружили, что в фойе абсолютно пусто, как и в комнате, где они переодевались. Пыльный воздух. Холод. Будто в этот дом годами никто не заходил.

Шумный топот. Входная дверь распахнулась. Мия выругалась, схватила Трика за руку и кинулась к задней двери, а затем помчалась по узкому проулку, огибавшему здание сзади. До них донеслись крики, лязг стали. Со стороны воды раздался свист, просьбы о подкреплении, топот ног. Трик ворвался через кухонную дверь соседнего палаццо; слуги закричали, когда они с Мией вышли в фойе, протолкнулись через переднюю дверь и выбежали на мощеную главную дорогу.

С руки Мии капала кровь. Трик тяжело дышал, хватаясь за бок. Мия увидела на его сюртуке подпалину, почувствовала запах горелой плоти. Где-то во время сражения у забора он наткнулся на солнцестальный меч, и его сюртук намок от крови.

– Ты цел? – пропыхтела Мия.

– Нам нужно бежать!

– В жопу твое «бежать»! – рявкнула она. – Я в гребаном корсете!

Девушка запрыгнула на ступеньку проезжавшей мимо кареты, плюхнулась на сиденье рядом с потрясенным возницей в ливрее какого-то незначительного дома.

– Привет, – поздоровалась Мия.

– Прив…

Ее локоть пришелся в живот мужчине, удар слева скинул его с сиденья на мостовую. Мия остановила фыркающих лошадей, сорвала с себя вольто и оглянулась на Трика, вздернув бровь.

– Ваша карета подана, ми дон.

Трик запрыгнул на переднюю ступеньку, а Мия ударила поводьями по спинам лошадей как раз в ту секунду, когда на улицу позади них выбежали четверо пыхтящих люминатов. Карета помчалась по дороге, подпрыгивая и трясясь по мостам и плитнякам. Мия сочно выругалась, чуть не слетев с кареты. Костеродный легат, которому она принадлежала, высунул голову из окошка, чтобы посмотреть, откуда столько шума, и обнаружил на месте своего возницы девушку в рваном вечернем платье. Когда он открыл было рот, чтобы возразить, Мия с окровавленным лицом оглянулась на него и прищурилась, а на ее плечо забрался кот из чего-то, похожего на тени.

Мужчина молча скрылся обратно в карете.

– …Что ж, это бодрит, не так ли?..

– Еще мягко сказано.

– …Кажется, ты где-то потеряла половину платья…

– Как мило, что ты заметил.

– …Хотя, судя по тому, как ты танцевала с этим мальчишкой, полагаю, потеря только половины – то еще разочарование…

Мия закатила глаза и сильнее ударила поводьями.