Они извивались и боролись под водой. В таком положении было трудно удерживать хватку. В его ушах шумела кровь. Вытекая из дюжины ран в груди, спине и боках. Но его руки оставались твердыми, как железо.

«Она убивает меня».

От этой мысли его ярость вспыхнула ярче. Отрицание и гнев. Пинки и удары, дерганье и ругань. Они вынырнули, жадно втягивая воздух, и в его слепые глаза ударил яркий свет. Парочка врезалась в край впалой ванны, спина Мии сильно выгнулась, лицо Солиса исказилось. Она отпихивала его, бранилась и плевалась. Раня его в предплечья, царапая щеки, потерявшись в собственном безумии.

Он не чувствовал рук. Они все еще держат ее шею?

Боль уже притупилась. Мимолетные удары. В грудь. В грудь. В шею. В грудь.

– Ублюдок! – кричала Мия.

Неужели

– Ты!

все

– Гнилой!

так

– Ебаный!

закончится?

– Ублюдок!

Его ноги подкосились. Руки сползли с ее шеи. Вода была теплой, но он чувствовал только холод. Трудно дышать. Трудно думать. Падая все ниже, Солис закрыл глаза и откинул голову, позволяя себе просто несколько минут полежать в невесомости.

Встретит ли она его? Прижмет ли к груди и поцелует в лоб своими черными губами?

Верил ли он по-настоящему? Или просто наслаждался всем этим?

«Темная Мать, я…»

Солис закрыл глаза под звуки хора.

А затем погрузился под…

– Достаточно, – перебил Скаева.

Друзилла оторвала взгляд от страниц и вскинула бровь.

– Думаете?

Император Итреи слегка нахмурился, глядя темными глазами на Леди Клинков. Вокруг него выстроилась дюжина личных стражей, тараща глаза на книгу в руках Друзиллы, словно это гадюка, которая вот-вот нападет. Сам Скаева лучше держал себя в руках и делал вид, что не впечатлен, великолепный в своей фиолетовой тоге и золотом венке. Но даже он посматривал на хроники, которые она зачитывала вслух, с подозрением и изумлением. Император задумчиво прижал палец к губам и нахмурился.

– Полагаю, мы поняли вашу точку зрения, миледи.

В очаге потрескивало пламя. Маузер смущенно заерзал в кресле. Лицо Паукогубицы побледнело, и даже Солис казался встревоженным предсказанием своей смерти от руки Мии. Друзилла откинулась на спинку кресла и с тихим хлопком закрыла третью часть «Хроник Неночи». Ее пальцы пробежались по коту, вытесненному на черной обложке, голос стал мягким, как шелк:

– Ее нужно остановить, император. Я понимаю, что она ваша дочь. Понимаю, что у нее ваш сын. Но если в этой книге написана правда, попав в гору, Мия Корвере обретет силу, которой нам нечего противопоставить.

– Мия не единственный даркин в этой истории, – заметил Скаева.

– О, это я прекрасно знаю, – Друзилла похлопала по книге. – Сцена вашей схватки довольно впечатляюща, хоть и несколько затянута. Но, боюсь, для вас она плохо закончится. Хотите, я зачитаю? Я оставила закладку…

– Благодарю, но нет, – сердито оборвал ее император.

– Я не понимаю, – сказал Маузер. – На первой же странице первой книги сказано, что она умрет.

– И это так, – ответила Друзилла, барабаня пальцами по обложке третьей части. – В конце долгой и счастливой жизни, в своей постели, в окружении любимых.

– Да будь я проклят, – прорычал Солис, – если позволю этой суке обрести счастливый конец!

– Эти хроники – какое-то колдовство, – пробормотала Аалея, поглядывая на книгу.

– Нет, – Друзилла встретилась взглядом с каждым из присутствовавших. – Эти хроники – будущее. Но будущее, которое мы можем изменить. Мы меняем его прямо в эту секунду, пока обсуждаем его. Эти страницы не вырезаны в камне. Чернила можно смыть. И у нас есть преимущество перед юной Мией.

– О, неужели? – спросил Маузер.

– Да, – кивнула Леди Клинков. – Мы в точности знаем, как она намерена попасть в гору. И когда. И мы знаем, что она в силу своей глупости, приведет с собой императорского сына.

Все взгляды обратились на Скаеву.

– Вам лучше вернуться в Годсгрейв, император, – сказала Друзилла. – Доверьте свою блудную дочь нам. Так будет безопаснее для всех.

– О, ваша забота очень меня трогает, Леди, – ответил Скаева. – И я надеюсь, вы простите меня за откровенность. Но пока что ваши попытки усмирить мою дочь не были продуктивными. И раз уж она ведет на вашу бойню моего сына, я останусь, чтобы убедиться, что Люций не пострадает. Никоим образом.

– Можете положиться на нас, император. Но что насчет вашей дочери?

Леди Клинков подалась вперед и пристально на него посмотрела.

– Я знаю, что ты хотел схватить ее, Юлий. Знаю, что хотел сделать ее своим оружием, чтобы распрощаться с «этими жадными до золота шлюхами из Красной Церкви». – Тут Скаева удивленно поднял голову, и Друзилла улыбнулась ему. – Но эта книга четко демонстрирует, что Мия попросту слишком опасна, чтобы позволить ей жить. Красная Церковь продолжит служить твоей империи, как и всегда. А Мия Корвере умрет.