Как только мы остановились у железной двери и мужчина достал из кармана ключ, я резко рванул в его сторону. Руки обхватили шею. Наручники впились в горло. Я со всей силы потянул мужчину на себя, мечтая сломать ему трахею.

Всё происходило бесшумно.

Я так же бесшумно упал на пол, когда кто-то оглушил меня со спины.

Я так же бесшумно пришел в себя в палате, не помня, что происходило последние часы за той железной дверью.

Тук. Тук. Тук.

Пришлось ловить капли с протекающей трубы.

Тук. Тук. Тук.

Воду принесли спустя три дня.

Развернувшись, я увидел его.

Регулуса Ланцета.

Альтинг приносит искренние соболезнования семьям тех, кто погиб в Академии «505» во время Дня льда и огня. Мы верим: Ремали покажет им путь к свету.

Обращение советника верховного правителя, Уильяма Цирендора

1 января, 2055 год

Теплые руки обнимали меня за бедра, низкий голос нашептывал приятные слова, но мои внутренности будто сковали холодом. Я вяло переставляла ноги, пытаясь попадать в ритм отдаленной музыки. Взгляд был устремлен за спину Зейда – туда, где Крэйтон разговаривал с главой Союза миротворцев.

– Что такое? – спросил Зейд, посмотрев в ту сторону.

Я резко обхватила его щеки и выдавила сладкую улыбку.

– Всё просто прекрасно.

Совершенно нет.

Перед глазами до сих пор мелькали сцены из кошмара. Этой ночью я не спала, потому что боялась увидеть снег, окропленный кровью. Пришлось выпить успокоительное, чтобы мысли хотя бы ненадолго дали мне закрыть глаза.

– Почему именно синий? – вдруг спросил Зейден, накручивая на палец локон моих волос.

Я приподняла уголок губ.

– Не нравится?

– Шутишь? – улыбнулся он и завороженно провел ладонью по моей скуле. Я прильнула к нему, наслаждаясь живым теплом. Меня так редко касались, что каждый раз, даже мимолетный, вызывал толпы мурашек. – После того как мы познакомились, синий стал моим любимым цветом.

– Это связано с мамой. Ничего интересного, – коротко ответила я, не желая вспоминать женщину, которая оставила нас практически на улице. – Но иногда ты правда можешь быть милым. Не знаю, каким мальчиком ты мне нравишься больше: плохим или хорошим.

Зейден засмеялся, а я отвела взгляд, воспользовавшись минутной паузой.

Даже среди сотни прилипших друг к другу студентов я с легкостью отыскала Крэйтона. Он всё еще разговаривал с Регулусом. На его лице застыла учтивая улыбка, которая появлялась в моменты, когда ему хотелось сбежать. Глава миротворцев, как всегда с жестким взглядом и глубокими морщинами на лбу, медленно двигал потрескавшимися губами.

Достаточно.

Я начала выпутываться из рук Зейдена.

– Она ведет себя так, потому что никого ближе нас у нее нет. – Услышав его голос, я на мгновение замерла, затем придвинулась ближе. – Мы через многое прошли. Стали, можно сказать, семьей не по крови. Может казаться, что в аристократичных семьях правителей всё идеально. – Из него вырвался смешок. – Это далеко не так. Ты тоже бросишься в огонь и воду ради Крэйтона и Рейвен, поэтому должна понимать ее.

Я вновь взглянула на Крэйтона, затем на стоящего передо мной парня.

– Я ничего никому не должна – это раз. Мне плевать на нее – это два. Она может лаять сколько хочет, но если укусит моих близких, я не оставлю от нее и живого места. Это три.

Боковым зрением я заметила белое пятно и неосознанно посмотрела на Астрид и Кая.

Прошлой ночью он стоял в моей спальне, целовал мою грудь, распадался на части от моих прикосновений, а сейчас танцует со своей невестой, будто мне это приснилось.

Ужасный вкус на мужчин? Да, слышали.

– Они с Каем любят друг друга. – Я сделала вид, что после этих слов мой рот не наполнился пеплом, и Зейден продолжил: – Да, их отношения не самые простые, но они вместе уже несколько лет. Астрид знает, что Кая приставили к тебе в наставники, поэтому чувствует в тебе соперницу.

Я не отводила от них взгляда. Кай стоял к нам лицом, поэтому я могла видеть, как он улыбается шутке Астрид. Как медленно наклоняется и проводит носом по ее шее. Так ласково. Так нежно, будто она – любовь всей его жизни.

Мне хотелось кричать.

Почему мне, блядь, хотелось кричать?

Я резко отвернулась и сжала челюсти.

– Алькастер не особо мне помогает, как видишь.

– Я поговорю с профессором и попрошу заменить его. Если ты, конечно, не против, – смущенно добавил Зейден.

Мои глаза снова нашли Крэйтона, но сейчас рядом с ним стоял не Регулус, а Роксания. Тело слегка расслабилось, однако, увидев взгляд, которым он смотрел на профессора, я снова напряглась.

– Кси?

– А? Да-да, я не против. Конечно.

– Тебя что-то волнует?

Я заглянула в его глаза, напоминающие мне исчезнувшие леса, и различила в них искреннее беспокойство. За меня редко кто волновался, кроме Рейвен и Крэйтона.