Чем я занимался днем во вторник?

Конечно, стоял за воротами Академии Золотого Креста, привалившись к мотоциклу, и ждал появления одной сексуальной брюнетки в очках.

Зачем?

Я, блядь, не знал.

В прошлый раз я приехал сюда, чтобы отдать ей телефон. У меня была веская причина ступить на вражескую территорию. Сегодня я покинул Мертвую петлю сразу после гонки и боя с Малом, потому что знал: по вторникам Дарси тренируется с группой поддержки и уходит в шесть часов вечера.

Меня самого начинало раздражать то, что в любой ситуации я искал встречи с ней и даже общался, черт возьми, по телефону, хотя никогда прежде этого не делал. Она задавала миллион вопросов и присылала мне видео с собаками, в ответ на что я скидывал ей фотографии своего обнаженного пресса.

До члена мы не дошли. Пока что.

Раньше мне просто не было дела до общения с девушками. Я трахался, не всегда получая удовольствие, после чего забирал вещи и уходил. Мне было плевать, какую еду они терпеть не могут, на какой специальности учатся, с кем проводят выходные.

Помидоры.

Мировая экономика.

Леонор Монтгомери, Джереми Ротшильд, Александр Шепард.

Да, я чертовски сильно влип.

Когда Дарси появилась на лестнице, посмеиваясь над словами подруги, одетая в эту крошечную золотистую юбку и топик, едва прикрывающий грудь, я только сильнее убедился, что мне стоит проветрить голову. Желательно за милю от ее голубых глаз.

– Эй, а это не твой тюремщик? – послышался вопрос Монтгомери, которую я хотел сбросить с шестого этажа, потому что она точно настраивала Дарси против меня.

Ладно, я не был настолько бесчестен.

Можно обойтись третьим.

– Подойди ближе, кукла Барби, и повтори, как ты меня назвала! – крикнул я на всю площадь и оскалился, увидев ее испуганные глаза.

Дарси резко повернула голову на мой голос, отчего короткие волосы хлестнули ее по щеке. Наши взгляды столкнулись, и я почувствовал сухость во рту. Мне захотелось замурчать от ее реакции: зрачки слегка расширились, а губы приоткрылись.

В груди что-то приятно сжалось, когда она прошептала:

– О, Дьявол…

Да, детка. Именно он.

– Я думала, ты отбываешь пожизненный срок! – не могла успокоиться Леонор. – Ты же знаешь, что если моя подруга прольет из-за тебя хоть одну, даже самую крошечную и маленькую слезинку, тебе нахрен конец?

– Лени!

– Ты хочешь обсудить варианты моего убийства через всю площадь? – крикнул я, чем привлек еще больше внимания.

Леонор уперла руки в бока и одарила меня враждебным взглядом.

– Мои шпильки отлично сойдут за холодное оружие, поэтому обсуждать нечего!

Я сделал шаг вперед.

Монтгомери распахнула глаза.

– Так, кажется, пора бежать. До завтра, подруга.

Дарси застонала, закрыв лицо ладонями, после чего прошептала что-то на ухо Монтгомери и заторопилась в мою сторону. Губы дрогнули в улыбке, когда я заметил проступивший на ее щеках румянец.

Как бы глубоко в ней ни укоренилась тьма, Дарси оставалась такой же невинной, как и год назад.

– Картрайт! – снова раздался мышиный писк. – Тебе передали!

Леонор показала мне средний палец и запрыгнула в розовую тачку.

Как лучше избавиться от ее тела?

– Ты что здесь делаешь? – прошипела Дарси, резко развернув меня и подтолкнув к своей машине. – Отец в академии. Ты хоть представляешь, какую истерику он закатит, если увидит нас вместе?

На меня пялились с того самого момента, как я припарковался около ее сиреневой Lamborghini. Когда Дарси подбежала ко мне, этих взглядов стало в разы больше. Конечно, я выделялся среди богатых детишек, одетый в простые джинсы и кожаную куртку.

– И тебе привет, Пандора. Так боишься, что папочка увидит, как я трахаю тебя языком на своем мотоцикле? – лениво поинтересовался я, бросив на нее взгляд через плечо.

Она ахнула и сильнее пихнула меня к машине.

– Быстро залезай внутрь!

– Что я получу взамен?

– Всё, что захочешь. Пожалуйста, Бишоп, сядь в машину!

Я открыл дверь и, развернувшись к Дарси, тяжело вздохнул.

– Теперь мной командует женщина. До чего я докатился?

Она раздраженно фыркнула, но в уголках пухлых губ проскользнула улыбка.