Его губы покинули мои после того, как я только попробовала его на вкус, и протест затопил мои вены. Я вдруг подумала, сколько девушек он целовал в Сиэтле, но эта мысль была мимолетной, когда он запустил руку в мои мокрые волосы, сжал их в кулак и наклонил мою голову. Кусая, он провёл дорожку вниз по моей шее, потянув кожу между зубами и слегка посасывая. Мое сердцебиение упало, как груз между ног.

Жар его тела, сила присутствия, гнев в его движениях — у меня перехватило дыхание. Положив ладони ему на живот, я могла только тяжело дышать, как какая-то податливая кукла, пока он покусывал и посасывал мое горло, ключицы, верхушку груди.

Его пальцы скользнули вверх по моим ногам, подтягивая платье вверх, пока на стыке бедер не показались белые стринги. Он опустил взгляд, и его тепло обожгло сквозь ткань, касаясь моего клитора так сильно, будто он прикасался ко мне там. Тепло потянулось внизу живота. Я покачала бедрами, сокращая небольшое расстояние между нами, пытаясь найти хоть какое-то облегчение от внутренней боли.

Где-то на улице зазвучала автомобильная сигнализация, но этот звук мы едва уловили, когда его глаза проследили за его руками по моему телу. Он больше не целовал меня. Просто прикасался ко мне, в мягком звуке нашего дыхания и стуке дождя.

Он был груб, но скрупулезен в своих движениях, словно был без ума от каждого изгиба и впадинки, но ненавидел себя за это. Он скользнул ладонью ниже, хватая меня за попу, а затем шлепнул, лаская жжение грубой ладонью.

Низкий стон поднялся по моему горлу, и я слегка прикусила его грудь, сдерживая его. Мои внутренности сжались, конечности стали легкими, как воздух, в то время как я позволила этому мужчине коснуться моего тела, даже не поцеловав меня в ответ. В этом было что-то настолько грязное, настолько далекое от романтики — это делало меня более горячей, чем когда-либо.

Он потер ткань трусиков между попкой, вверх и вниз, остановившись как раз перед тем, как добраться до влажной ткани между моих бедер. Я не могла дышать, так как каждый нерв в моем теле ждал, как низко он опустится. Отчаяние разъедало меня, жгло и царапало изнутри. Я больше не могла этого выносить.

— Кристиан...

Его глаза были достаточно темными, чтобы вызвать один из моих ночных кошмаров. Они упали мне в рот. Он уперся руками в машину по обе стороны от меня и наклонился. Я была уверена, что он собирается поцеловать меня, что задрожала от предвкушения, но вместо того, чтобы встретиться с моими губами, он поцеловал меня в шею.

— Если бы ты сбежала, Джианна...

Слова были злобными, но в то же время мягкими и отчаянными, как секс в поле, истерзанном войной.

Он прижался губами к моему уху.

— Я нашел бы тебя.

Меня пробрала дрожь.

И вернул меня обратно? вот что я хотела спросить, но не смогла найти нужный голос.

В этот момент мне было все равно, что он скажет. Я хотела его так сильно, что меня всю трясло. Я могла бы объяснить это тем, что прошло слишком много времени с тех пор, как у меня был секс или даже прикосновения, но я знала, что это не единственная причина. Как бы я его ни ненавидела, этот мужчина всегда что-то делал для меня.

Обхватив его эрекцию, я скользнула рукой вверх и вниз по его длине, от основания до кончика.

Он тяжело вздохнул сквозь зубы, опустив взгляд, чтобы посмотреть, как я прикасаясь к нему через брюки.

Я никогда в жизни не думала, что у другого мужчины эрекция настолько обжигающая. От одного его веса, заполнившего мою ладонь, по моей крови пробежала смутная волна похоти.

Пока он рассеянно следил за движением моей руки, я поднялась на цыпочки и поцеловала его. Грохот раздался в его груди, наполовину стон, наполовину рычание, когда мой язык встретился с его только один раз — горячий, влажный взмах — и затем я отстранилась прежде, чем он смог.

Я вернулась, затаив дыхание. И немного в бреду.

Желание ударило меня так сильно, что у меня потекли слюнки. Мне было все равно, что сейчас два часа дня Воскресенья или что мы стоим в общественном гараже. Я хотела взять его в рот, даже если это единственное, что я могла получить. Я работала над пряжкой его ремня с твердым намерением встать на колени прямо здесь.

Он издал мучительный звук и пробормотал какое-то невнятное русское слово. Прежде чем я успела опуститься, он развернул меня и прижал к багажнику своей машины. Я ахнула, но проглотила это, когда тепло его тела коснулось моей спины.

Он убрал мои волосы в сторону и прижался лицом к моей шее. Дрожь пробежала по моей коже, теплая от его мягкого прикосновения и холодная от летучей энергии, исходящей от него.

— Думал, ты покончила со мной, Джианна.

Ох.

Я покончила. «Да», хотела я сказать, но от прикосновения его губ к моему уху у меня перехватило дыхание и голос. Все, что я могла сделать, это покачать головой, потому что не могла позволить этому закончиться.

— Скажи это.