Наше следующее публичное появление было в Пятницу. На этот раз, когда я вышла в каком-то нелепо кричащем платье, он прижал меня к двери и глубоко поцеловал, будто ему нужно было запечатлеть себя на моей коже, пока я не потерлась рукой о его эрекцию и не стала умолять его трахнуть меня. Он разочарованно вздохнул и сказал: «не могу», а затем ещё что-то о делах в клубе.

В то утро, еще лежа в постели, я поддразнила его насчет куполообразной церкви, сказав, что не знала, что он религиозен. После этого в нем поселилось что-то холодное. Он встал и сказал, что идет в спортзал. Я больше ничего о нем не слышала, пока не получила сообщение, в котором он просил меня быть готовой в девять.

Кристиан знал обо мне всё, в то время как он оставил мне только маленькие кусочки себя. Но больше всего я ненавидела себя за то, что чувствовала трусихой, просто крадущейся на цыпочках по краям его прошлого из-за страха, что он оттолкнет меня. Казалось, с каждым днем, проведенным с ним, я все больше теряла контроль над собой, в то время как его хватка становилась все крепче.

Поцеловав меня до бесчувствия, он отдалился во время поездки в клуб. Был отдалённым, забирая меня из кабинета Нико, где мы с Еленой смотрели телевизор, и отдаленным по дороге домой.

Я собиралась встретиться с ним лицом к лицу. Слова, которые я собиралась произнести, вертелись у меня на языке. Но потом я вошла в его комнату, чтобы раздеться, и все изменилось. Дверь за моей спиной закрылась с тихим щелчком. Я замерла, волосы на затылке встали дыбом. Воздух запульсировал чем-то тяжелым и электрическим, что просачивалось через мою грудь и заставляло мое сердце подпрыгивать.

Тепло его тела коснулось моей спины. Его голос был тихим шепотом в моем ухе, когда он схватил мои волосы в кулак, мягко потянув мою голову назад.

— Кому это принадлежит, malyshka? (прим.пер: Малышка)

Мое дыхание стало прерывистым, пульс слегка похолодел от напряжения в его голосе. В этот момент ни одна часть меня не хотела ему отказывать.

— Тебе.

Послышался одобрительный рокот у моей шеи. Его большой палец коснулся моих губ.

— Это?

— Тебе, — выдохнула я.

Его рука обожгла мое платье, скользнув вниз по моему животу и обхватив меня между ног.

— А это?

Моя кожа гудела от жара и я быстро дышала. Я вдохнула.

— Тебе. Это принадлежит тебе.

Он не потрудился снять с нас одежду, прежде чем его тело накрыло мое на кровати, и он глубоко вошел в меня. Это было грубо, хотя и сдержанно: его губы на моих, его иностранные слова в моем ухе, он прижимал меня к поверхности, будто я могла захотеть убежать. Словно он пытался мне что-то доказать, будто это все, что мне нужно.

И на мгновение я почти поверила в это.

Кристиан

— Ты ведь знаешь, что я не личный психотерапевт, не так ли?

— Разве ты не давала клятву помогать нуждающимся?

Губы доктора философии Саши Тейлор дрогнули.

— Не думаю, что ты в этом нуждаешься, но, признаюсь, я слишком заинтригована, чтобы отказать тебе.

Я откинулся на спинку кресла, положив лодыжку на колено.

— Я хочу знать, какой у меня диагноз.

У нее не было моего досье, она в нем не нуждалась. Она достаточно думала обо мне за эти годы — пыталась решить меня, как незаконченную головоломку.

Она поднесла ручку к подбородку, наклонила голову.

— Ну, прошло много времени с тех пор, как мы разговаривали в последний раз, но, исходя из того, что я узнала о тебе из наших предыдущих встреч, я бы сказала, что ты находишься где-то на нижнем конце спектра ОКР. Я считаю, что твоё поведение это скорее привычки, чем принуждения. — она замолчала, оставив нерешительность и невысказанные слова повиснуть в воздухе, как дым.

Мой непоколебимый взгляд настаивал, чтобы она продолжала.

Она сглотнула.

— Я также подозреваю, что ты страдаешь диссоциальным расстройством личности. (прим.пер: Диссоциальное расстройство личности— расстройство личности, проявляющееся устойчивым асоциальным поведением, отсутствием чувства вины и стыда, импульсивностью, агрессивностью и нарушением способности к поддержанию близких отношений.) В том числе, но не ограничиваясь манипуляциями, эксплуатацией и, возможно, отсутствием сочувствия к другим.

Я всегда находил психические расстройства и их диагнозы скучными, но знал достаточно, чтобы понять, что диссоциальное расстройство личности — это просто еще один термин для социопатии.

Уголок моих губ приподнялся.

— Звучит серьезно. Стоит ли мне беспокоиться?

Она заерзала, отвела взгляд и скрестила ноги.

— Я часто задавалась вопросом, как ты прошёл психологическую оценку в процессе трудоустройства.

— Полагаю, диагноз это вопрос мнения, не так ли?

— Конечно, — сказала она, задыхаясь. — Я знаю, что ты пришел сюда не для того, чтобы я проверила твоё психическое состояние, так что привело тебя ко мне?

Я выглянул в окно и провел рукой по подбородку.

Ее задумчивый взгляд остановился на моем лице.