Прошла минута, прежде чем они оба встали надо мной. Лицо Тука было бледным — я не знала, было ли это из-за высоты или из-за меня… Но узнала, что это было последнее, когда он выплюнул:

— Магия. Ты, проклятая…

Я прервала проклятую тираду Туко, пару раз сильно дернув решетку, пока она с глухим стуком не упала на землю, довольно основательно сломав один из кустов гардении Беатрис.

— Упс, — я посмотрела на это извиняющимся взглядом.

Туко разразился второй порцией ругательств, в то время как Стедди хранил молчание, его губы казались склеенными в прямую линию.

Эту землю создала магия. Но в каждом регионе к ней относились по-разному, в зависимости от мнения о ней своего короля. Она была запрещена здесь, в этом южном городе, и вы смогли бы найти услуги, использующие магию, только в темных переулках Саути.

Тук посмотрел на Стедди с неприкрытым отвращением.

— Ты хочешь сказать, что мы все это время разговаривали с той Девушкой в черном? Это она, не так ли? Я думал, она будет… выше или что-то в этом роде.

Я нахмурилась, услышав это.

— Тук, спустись по решетке во внутренний двор, — сказал ему Стедди, все еще не сводя с меня глаз.

Я прикусила губу, уперев руки в бедра.

— Да, насчет этого…

Но Тук уже ушел. Вернувшись через пару секунд, он констатировал очевидное: ее не было.

Я поджала губы.

— Было бы немного глупо иметь лестницу, ведущую прямо в их дом, тебе не кажется?

— Ты обманула нас, — огрызнулся Тук.

— Меня раскусили, — сказала я со вздохом.

Пристальный взгляд Стэдди был прикован ко мне, застыв, как змея, обвившаяся вокруг своей жертвы.

Я цокнула языком.

— Осторожнее, спокойнее. Может распространиться слух, что ты не такой уравновешенный, каким кажешься. Дамы могут быть разочарованы.

Он не сказал ни слова, только посмотрел на меня так, словно пытался убить взглядом.

— Я не планировала это заранее, иначе принесла бы вам двоим несколько карт или камней для игры в Пять камней, чтобы занять вас. Я постараюсь вспомнить в следующий раз.

— В следующий раз! — Тук зашипел.

— Все в порядке. Я зайду сама. Спасибо, что уделили мне время, джентльмены! Это было очень приятно.

Я не услышала ответа Тука и не почувствовала убийственного взгляда Стедди — спасибо Алирии — потому что я уже стояла в тускло освещенном фойе роскошного дома магистрата. Поблизости никого не было видно, но это не стало сюрпризом. Магистрат проводил большую часть своего времени в доме своей любовницы, в то время как его жена оставалась в темных углах дома со своими слугами, медленно отравляя себя через глазные яблоки и напиваясь до бесчувствия. Я подумала, что если бы мне приходилось каждый день видеть и слышать ее претенциозного мужа, я могла бы поступить так же…

Когда я пересекала комнату, мои сандалии мягко ступали по мраморному полу, в то время как я ожидала, что Тук закричал бы во двор прямо сейчас.

Я предположила, что это обратная сторона правильных поступков.

Были и другие вещи, которые я могла бы сделать, чтобы склонить их к сотрудничеству, не устраивая такого спектакля. Но, во-первых, меня собирались судить по этому вопросу; и, во-вторых, я, возможно, проверяла себя… или просто наслаждалась собой. Разница та же.

Это был красивый дом: спиралевидные мраморные колонны, обрамляющие внутренний двор, аромат жимолости, наполняющий дом множеством виноградных лоз, свисающих до пола с приставных столиков, и прозрачные красные занавески, развевающиеся на высоких окнах от легкого океанского бриза.

Моя тень скользнула по стене, когда я направилась по длинному тускло освещенному коридору, избегая шума, доносившегося с кухни. Проходя мимо ванн, где свет лампы поблескивал на неподвижной воде, я подошла к комнате в дальнем углу дома. Оттесненная от респектабельных людей и максимально приближенная к конюшням.

Королевский стражник стоял перед деревянной дверью, сцепив руки перед собой и уставившись в свои сапоги — казалось, в полусне.

Его глаза распахнулись. Я откинула капюшон, одарив его лучезарной улыбкой. Я выглядела так, словно не могла обидеть и мухи, не говоря уже о мужчине. Выражение его лица дрогнуло.

— Кто такая…

Я поднесла руку ко рту, выдувая ему в лицо серую дымящуюся субстанцию; он зашипел, моргнул и с глухим стуком рухнул на мраморный пол. Я плотно закрыла крышку на своем кольце — я усвоила урок о том, что нельзя не закрывать его должным образом, когда случайно вырубила продавца, пытаясь купить персики. Мы просто скажем, что он больше мне ничего не продавал. Кроме того, я не хотела тратить содержимое впустую; если бы мне уже пришлось просить Фару о большем, она бы бросила на меня неодобрительный взгляд, гадая, что я задумала. И чем меньше она знала, тем лучше.