Теперь меня пугает не мотоцикл. Меня пугает быть так близко к нему. Мои ноги почти подкашиваются, когда его рука хватает мою и ведёт к своему плечу. Он служит мне опорой, пока я устраиваюсь за ним, дрожа. Его плечо твёрдое под моими пальцами, и я чувствую, как напрягаются его мышцы.

Моя грудь прижимается к его спине. Я прижата к нему, а бедра обхватывают его бёдра. В этот момент я благодарна шлему на голове, который скрывает мои покраснения. Смущённая, я не знаю, что делать с руками.

Я вздрагиваю, когда он заводит мотоцикл и двигатель гудит, вибрируя под моими ягодицами. По инстинкту я сильнее сжимаю ноги и обвожу руками его крепкий торс.

Я вцепилась в него как мидия в камень. Каждая часть моего тела прилипла к его, но страх упасть теперь превалирует над всем остальным. Когда он начинает двигаться, я издаю крик удивления. Он резко останавливается и хватает моё бедро, как будто проверяя, всё ли в порядке…

Его жест заставляет моё сердце подпрыгнуть в груди и разжигает огонь внизу живота. Я нервно смеюсь от стыда, игнорируя запретные ощущения, которые вызывает вся эта ситуация.

— Извини…

Он по-прежнему не отпускает моё бедро и держит его крепко при себе, снова заводя двигатель. Я сильнее обвиваю его руками; мои ладони упираются в его твёрдый живот, и я ощущаю, как мышцы напрягаются под моими пальцами. Осторожно он выезжает в поток машин.

По дороге обратно у меня на мгновение появляется эйфория. Это первый раз, когда я сажусь на мотоцикл.

И это довольно захватывающе.

Адреналин пробегает по моим венам каждый раз, когда гудит двигатель и мы набираем скорость, заставляя меня сильнее обхватывать его ногами. Страх упасть сводит меня с ума и заставляет держать глаза закрытыми, лицо зарытое между его лопатками. Я сдерживаюсь, чтобы не закричать на каждом повороте, когда кажется, что мы почти касаемся асфальта и я могу соскользнуть при малейшем скольжении. Я просто держусь за него, и его рука естественно находит мою лодыжку, когда чувствует моё напряжение, словно проверяя, что я всё ещё здесь.

Странно, но в этот момент наша близость успокаивает меня.

Мы быстро подъезжаем к воротам моего студенческого общежития.

Он глушит двигатель, и я неуклюже спешу сойти.

— Никогда больше.

Я лгу.

На удивление, я с радостью села бы на него снова. Но я не хочу, чтобы он думал, что будет ещё один шанс. Он ведёт себя так, будто мы знакомы. Будто у нас есть отношения и ему даже законно меня провожать. Но давайте будем честны: я не знаю этого парня. Он всего лишь незваный гость. Незнакомец, который хитро вмешивается в мою жизнь, куда бы я ни шла, что бы ни делала и с кем бы ни была. И уже совершил несколько нарушений.

Я поспешно возвращаю ему шлем, решив создать между нами дистанцию. Я не жду, пока он уедет, и направляюсь к калитке, чтобы войти в своё здание. Я слышу рев мотоцикла и его удаляющийся звук только тогда, когда открываю двери своего дома.

***

Плакаты с анонсом вечеринки Хэллоуина Pi Epsilon расклеены практически по всему университету.

Выходя с занятий, я вижу студентов, раздающих флаеры вечеринки всем, кто им встретится — будь то удача или несчастье. Нас это тоже не обошло стороной; один из них вкладывает мне в руки маленький листок, но я почти не обращаю на него внимания и продолжаю болтать с подругами.

— Эй!

Я оборачиваюсь. Это тот парень, который только что дал мне флаер. Парень из бассейна. Я улыбаюсь ему и киваю подругам идти в кафетерий без меня. Я присоединюсь к ним позже. А пока я иду к нему.

— Привет. Купер, да?

Он улыбается.

— Да. На самом деле, Купер — это моя фамилия. А зовут меня Нейт.

Я киваю.

— Скайлар.

Он выглядит удивлённым.

— Скайлар? Это не очень по-французски.

Я неловко смеюсь. Это правда. Объясняю:

— Мой отец американец. Наверное, он выбирал моё имя.

Он понимает. Мне не особенно нравится говорить о своём отце. Он ушёл, когда я была маленькой. Я всё ещё помню его, но как будто его и не было. Но я воздерживаюсь от того, чтобы говорить ему это.

— Так ты придёшь на нашу вечеринку, надеюсь?

«Нашу»? Я нахмуриваюсь.

— Ты состоишь в Pi Epsilon?

Он бросает мне маленькую обаятельную улыбку.

Хвастун.

— Я даже в президиуме, мадемуазель.

Я искренне улыбаюсь, услышав последнее слово по-французски. Я оценила старание. Но мне нужно идти.

— Отлично, тогда увидимся там!

Я не жду его ответа и направляюсь в кафетерий к подругам. Он кричит мне вслед:

— Эй! Во что ты нарядишься?

Я оборачиваюсь, не останавливаясь.

— Джун Осборн, из «Рассказа служанки».

Он поднимает большой палец, и я улыбаюсь. Он почти мгновенно теряет равновесие, когда я, повернувшись, вижу его рядом с мотоциклом. Неподвижный. Тело повернуто в мою сторону, скорее всего, он смотрит прямо на меня.