Хм… И о чем же? Как сталкер обещал перерезать ей горло, если я издам хоть звук, но при этом я терлась о его палец, теряя связь с реальностью. Джесс сразу же вызовет парамедиков, которые упекут меня в психлечебницу.

– Прости, у меня разыгралась фантазия, – отшучивается она, выдавливая виноватую улыбку.

– Ты знаешь, твои глаза сейчас похожи на теплый янтарь, это так красиво… – подмечаю я, но вовремя осекаюсь.

Джесс с подозрением щурится и хмурит брови.

– Если бы не твой регулярный прием лития, я бы подумала, что ты сейчас пьяна – у тебя глаза блестят. Но спасибо за комплимент. Мне это сейчас очень нужно, – немного расстроенно произносит она и, шаркая ногами, идет в сторону кухни.

– Джесс, у тебя что-то случилось?

Подруга словно ждала этого вопроса. Она тут же разворачивается и одним потоком выливает на меня все переживания.

– Жан-Франко… Он подарил такую шикарную корзину роз, взял мой номер телефона, но так и не позвонил! Алана, я уже придумала себе волшебную сказку, где мы вместе. Ты же видела, какой он потрясающий? О таком солидном мужчине можно только мечтать. Его голос, Алана, м-м-м. Я как дура влюбилась в него! Зачем брать номер телефона, если не собираешься звонить?! Почти две недели прошло! Как думаешь, бессмысленно ждать? В прессе о нем ничего не пишут. Вдруг он заболел?

Я не нахожу, что сказать, и радуюсь неожиданному стуку в дверь, но, подойдя ближе к ней, замираю. Сердце пропускает удар, а потом подпрыгивает до горла. Будет ли на пороге новый конверт? Открывая дверь, я сразу смотрю на коврик – пусто – и только потом поднимаю глаза.

– Алана, привет! – чересчур радостно произносит Дэвид, протягивая мне подставку с двумя стаканами кофе из «Starbucks» и пакет, от которого пахнет выпечкой.

Появление Дэвида кажется жутко неправильным, выбивающим из колеи, словно он как злой волшебник превратил конверт с фотографиями в кофе и круассаны. И меня раздирает от желания попросить его вернуть все как было. Я делаю над собой усилие и одариваю соседа самой дружелюбной улыбкой. Как-никак, а он давно к нам не заглядывал. О гематомах на его на лице напоминают лишь желтые пятна.

– Спасибо, Дэвид. Ты же к Джесс? Сейчас позову, – любезно произношу я и открываю дверь шире, чтобы он мог увидеть мою подругу, прячущуюся за углом.

Во взгляде Джесс читается: «Алана, какого черта?» Я пожимаю плечами и иду на кухню завтракать нежнейшими круассанами. Джесс полезно отвлечься от страданий по Жан-Франко Геррабу. На мой взгляд, в нем вообще нет ничего потрясающего: длинный орлиный нос, глубоко посаженные колючие глаза, губы будто привыкли демонстрировать пренебрежение ко всему.

Интересно, как все же выглядит зверь, преследующий меня?

Он словно услышал, что я думаю о нем, а иначе как объяснить новое входящее сообщение от него? У меня нет в контактах его номера, но несложно догадаться, кто пишет:

Зверь: «Я чуть не кончил в штаны, любуясь твоей попкой».

Я так и знала, что он был там и снова следил за мной!

Пальцы предательски дрожат, а сердце ускоряется от волнения и…

Без «и», только волнения! Он – убийца, Алана! Он насиловал тебя в рот под дулом пистолета!

– Алана, у меня только один вопрос: зачем?! – возмущается за моей спиной Джесс.

Я испуганно смотрю на нее и прячу телефон за спину.

– Что зачем?

Она узнала о сталкере?

– Зачем ты сдала меня Дэвиду? Мне снова пришлось объяснять ему элементарные вещи, что мы не можем пойти с ним на свидание, и даже просто так я не пойду с ним в кино! – недовольно перечисляет Джесс, активно жестикулируя.

Я незаметно выдыхаю и с улыбкой отвечаю:

– Прости. Мне тоже некогда с ним говорить, полно дел. Кстати, ты сегодня идешь на автограф-сессию Кристи? Будет презентация ее новой книги «В плену страсти».

– Она говорила, я помню. Но у меня сегодня съемки, боюсь, не успею, – вздыхает она, с тоской поглядывая на круассан. – Зачем он их таскает? Знает же, что мне такое нельзя!

– Зато мне можно! – говорю я и вонзаю зубы в хрустящую корочку, жмурясь от наслаждения. – До чего божественный вкус! Укуси хотя бы кусочек, на тебя смотреть жалко.

– Ты бесчувственная! Бесчеловечная! – недовольно бубнит Джесс, поддаваясь на мою провокацию, и добавляет: – И все же ты очень подозрительно себя ведешь. Что-то в тебе изменилось. У тебя точно никто не появился?

– Ага, подозрительная подруга, – парирую я.

Мой Форд медленно плетется в бесконечной веренице машин по Бейкер-стрит в сторону Пьемонт-авеню, где расположена психиатрическая клиника. В битве температур побеждает июньская жара, уложив автомобильный кондиционер на лопатки. Не люблю ездить по городу в час пик, особенно в такую погоду.

От страданий меня отвлекает сигнал входящего сообщения. Я бросаю взгляд на экран, в фоновом режиме высвечивается Зверь. По телу проходит легкая волна гальванического тока. Я нажимаю на сообщение, и оно открывается полностью.