– Алана, что тут произошло? – спрашивает она, глядя мне за спину. – Дай угадаю: землетрясение? Ураган? Метеорит упал?

Вокруг и впрямь стоит жуткий бардак. В памяти появляются обрывки воспоминаний, от которых волосы шевелятся на голове: по возвращении с пробежки я не находила себе места и в бессильной злости крушила все вокруг. У меня случилась настоящая истерика, а после я упала на кровать и вырубилась.

Если Джесс вернулась, значит, сегодня понедельник! Неужели я проспала двое суток?!

– Я была немного не в духе. Прости, сейчас все приберу, – виновато говорю я, поднимая зонт и шелковый шарфик с пола.

– Алана, дело даже не в разбросанных вещах, – Джесс озабоченно качает головой и складывает ладони в замок. – Я говорила с Элис…

– Элис?

– Да… Она звонила тебе. Мы все звонили. У тебя выключен телефон. Они с Кристи приходили к тебе, стучали, а ты не открывала дверь. Девчонки беспокоились. Руперт сказал, что на вас напали. Какой-то псих избил его до потери сознания, а ты куда-то исчезла. Они обзвонили все больницы и полицейские участки. Мы беспокоились о тебе. Что произошло? Ты знаешь, кто на вас напал?

Я испуганно смотрю в пронзительные медовые глаза и просто не знаю, что ответить.

– Джесс, я…

– Это он? Тот ненормальный, что присылал твои фотки? Поэтому ты сменила замок?

Да, Джесс. Это он!

У меня язык прилипает к небу, а слова застревают в горле. Если признаться во всем, Джесс обратится в полицию и тогда… Он накажет меня, лишив подруги. Я боюсь однажды прийти домой и увидеть ее стеклянный безжизненный взгляд, как у Холли.

– Нет! Нет! – я отрицательно машу головой, выдавливая улыбку. – Нет! Я не знаю, кто это был. Какой-то странный парень, грабитель, может, местный бомж! Он вырвал у меня сумочку, побежал, а я погналась за ним… Эм… Он, наверное, понял, что у меня там нет денег, поэтому выбросил сумку на дороге. Я ее забрала и вернулась к дому. Руперта уже не было… – лгу я, делая убедительное выражение лица.

Джесс скептически слушает мой бред, наморщив лоб. У нее на лице написано, что она не верит ни единому моему слову. Она хмурит брови и приступает к допросу:

– А почему телефон выключен?

– Зарядка села.

– А не в духе ты была из-за чего?

– Я провалилась в конкурсе эскизов. Мистер Кэмерон выбрал другого художника, – на одном дыхании тараторю я.

– А потом ты спала двое суток и не слышала, что девчонки стучали в дверь?

Я киваю.

– Алана, может, позвонить доктору Фьюри? С тобой явно не все в порядке. Ты же пьешь лекарство?

– Пью, конечно! – я делаю вид, что меня обижает ее вопрос. – Я сейчас в норме. Со мной правда все отлично!

Я с ума схожу, Джесс!

– Ты уверена? – она вглядывается в мои глаза так внимательно, будто намерена через них забраться в мою голову и прочесть мысли, причем все до единой.

Он Дьявол, Джесс. Я его боюсь!

– Клянусь, я чувствую себя отлично. Ты вернулась – это главное! Лучше расскажи, как прошел показ?

Когда знаешь человека большую часть жизни, его эмоции легко читаются по мимике, языку тела, как будто они напечатаны на страницах любимой книги. Прикусив губу и прищурившись, Джесс переводит взгляд с одного моего глаза на другой – она взвешивает мои слова, размышляя о том, доверять ли им. В поведении подруги нет ничего унизительного, наоборот, я чувствую ее заботу, и мне становится теплее на душе.

Джесс делает глубокий вдох и избавляется от всего напряжения, скопившегося в теле.

– Все прошло потрясающе! – мечтательно улыбаясь, произносит она. – В зале был один очень важный и состоятельный мужчина… Таких, конечно, там было много, но! После показа его помощник привез мне в номер здоровенную корзину роз и попросил мой номер телефона!

– Вау! – вырывается у меня.

– Ты сейчас сама это увидишь! – Джесс тянет меня за собой в сторону кухни.

– Кого? Мужчину? – удивляюсь я, подумав, что он, как Ромео, сейчас стоит под нашими окнами и ждет, когда Джесс помашет ему рукой на прощание.

– Скажешь тоже! Корзину роз, конечно! – смеется она. – Взять в самолет я ее не смогла – она слишком большая, зато сделала с ней кучу фоток. Вот, смотри.

Я беру телефон из ее рук и рассматриваю снимки. Корзина и впрямь огромна.

Мы болтаем с Джесс до самого обеда, смотрим фото и видео ее дефиле, а потом находим в интернете информацию о щедром дарителе роз – Жан-Франко Герраб, владелец судостроительного бизнеса. Меня смущает его возраст – ему почти пятьдесят, – но Джесс не видит в этом никаких препятствий. Уж точно не мне ей советовать, с кем строить отношения.

– Кстати, а ты не знаешь, куда Дэвид пропал? Обычно он встречает меня или караулит… – внезапно спрашивает она. – А тут он не вышел, даже когда я долбилась домой.

– Поднимись к нему и узнай, – советую я. Мне самой интересно, как он.

– Вот еще, – фыркает Джесс.