Дальнейшие события я плохо помню – вряд ли в точности повторю, что делала и что говорила. Я кричала, срывая голос, выла, трясла Холли за плечи, прижималась к груди и, мне казалось, слышала сердцебиение. Меня силой оттаскивали от нее несколько пар рук.

– Сердце бьется! Послушайте! Холли без сознания! Спасите ее! Спасите!

Охранники уволокли меня в какую-то комнату, приехала полиция. Парамедик вколол мне успокоительное, погрузив в лабиринт бесконечно повторяющегося голоса из прошлого:

– Ты виновата! Ты впустила в свою жизнь Дьявола! Господь покарал тебя! Молись, Алана. Молись! Спаси свою душу!

Я была единственным свидетелем. Я видела убийцу! Но… его не оказалось ни на одной камере. Детектив, узнав о том, что я проходила лечение в клинике, тут же отмел мои показания, посчитав их играми моего разума.

– Понимаете, мисс, Холлидей Кавана была задушена, предполагаемо, убитым – Шоном Уилсоном. А после он застрелился. Возможно, у них случилась ссора. А тот мужчина, о котором вы говорите… Он же не призрак и не вампир, чтобы камеры не смогли его заснять. В моей практике и не такое случалось. Мозг человека настолько сложный орган, что может выдавать совсем не то, что видите, защищая своего хозяина от потрясения.

– А как же след крови на моем носу? Он оставил его пальцем!

– Вы трогали убитую и вся перепачкались. Извините, мисс, у меня много работы.

Да, мне никто не поверил, хотя я детально нарисовала его портрет с маской на лице.

Я так много раз его рисовала потом, что додумала себе его внешность и поверила в созданный образ. Кристи случайно увидела карусель иллюстраций на моем планшете и вцепилась в портрет. Какова вероятность, что я попала в цель, угадав черты лица убийцы Холли, и теперь он нашел меня, обнаружив себя на обложке книги?

Детка, ты плохо меня знаешь. Дверной замок меня не остановит, в моем кармане давно лежит ключ от твоей двери.

Когда твоя длинноногая подружка топтала подиум в модельном агентстве, мне не составило труда пробраться в раздевалку под видом уборщика, вытащить из ее красной сумки ключ и сделать дубликат.

Порой я нахожусь так близко, что ты можешь почувствовать мое тепло.

Чтобы подобраться к Алане, я узнал, с кем она дружит, где живет, с кем работает. Пока она каталась по городу на розовом лимузине со своими подружками, я установил напротив ее двери скрытую микрокамеру и детально изучил ее комнату. Любовь Аланы к порядку походит на манию. Полки в ее гардеробе – рай для перфекциониста, но не для меня. Я ненавижу порядок. Перевернул бы все вверх дном, но тогда наша игра не станет такой интересной, как задумано. Мы будем двигаться медленно, смакуя нашу извращенную страсть.

Литий. Обнаружив в комоде белый пластиковый пузырек, я лишь убедился в том, насколько мы похожи. Меня тоже пичкали подобной дрянью, желая «исправить», сделать нормальным. Мы не роботы, лекарства не прикрутят нам новые шестеренки. Прием психотропных препаратов можно сравнить с белой краской, которой закрашивают грязную стену, – пятна все равно будут просвечиваться.

В первую очередь я собирался вернуть Алане настоящую себя, поэтому заменил литий на витамины. Пришлось постараться достать такую же упаковку, вскрыть каждую капсулу с черной маркировкой и засыпать полезные гранулы. «Усовершенствованный» литий я специально положил в другое место, чтобы моя девочка начала сомневаться. Внести хаос в ее жизнь – моя главная задача.

Утром, положив конверт на ее порог, я не сильно торопился уходить. А когда она вышла, находился буквально у нее под носом. Обожаю это приятное чувство опасности, от которого жар пробегает по телу и вибрирует под кожей. Но она не заметила. Никто не замечает бомжей. Люди выработали в себе полезную функцию – игнорировать все, что выходит за рамки приемлемого. На бомжей у всех давно замылился глаз.

Вернувшись после забавы в братство, я сразу столкнулся со злым, как черт, Дереком.

– Ты где таскаешься?

– Отвали, не твое дело, – я бросаю на него предупреждающий взгляд и иду к холодильнику за ледяной колой. На улице стоит нереальная жара, настоящее пекло.

– Ты стал слишком часто отсутствовать. У тебя какие-то дела у нас за спиной?

– Устал от твоей рожи, вот и катаюсь по городу, – парирую я и одариваю верзилу с мрачным взглядом голливудской улыбкой.

С Дереком мы часто не сходимся во мнениях, и его это бесит. Раз он связующее с боссом звено и старше нас всех лет на пятнадцать, возомнил себя нашим папочкой. Парни стараются это игнорировать, а меня смешит его тявканье. Но мне и впрямь стоит быть осторожнее – Дерек не должен узнать о Алане. От него можно ожидать чего угодно. Если моя злость распространяется в основном на мужской пол, то у Дерека явное отвращение к женщинам. Может, мама часто била его в детстве?

– Надеюсь, тебе не нужно напоминать, что живыми из братства не уходят? – угрожающе шипит он, удерживая меня за локоть.

Я с брезгливостью смотрю на его ладонь и отшвыриваю ее в сторону.

– Да что с тобой, мужик? Неужто ПМС?