Мы дальше идем в комнату Джесс, но, к моему облегчению, в ней тоже пусто. Дэвид на некоторое время задерживается, изучая содержимое ее туалетного столика, а потом выходит следом за мной.

Мне становится неловко перед Дэвидом за мнительность, я с трудом сдерживаю рвущуюся на волю улыбку облегчения и наконец-то расслабляю напряженные плечи.

– Спасибо большое, Дэвид. Ты только не думай, я не сошла с ума, просто… – говорю я, когда мы возвращаемся в коридор.

– Просто вам снова кто-то подкинул конверт, – заканчивает он, поднимая его с пола.

Я забираю злополучный конверт из рук соседа, никак не решаясь спросить, не замечал ли он на днях кого-нибудь подозрительного около нашей двери или в подъезде.

– Мисс, если понадобится помощь – обращайтесь. А я постараюсь понаблюдать за вашей квартирой.

– Спасибо, Дэвид! Я даже не знаю, как тебя благодарить! – я прижимаю руку к груди от растроганных чувств. Все же зря Джесс так пренебрежительно относится к нему. Дэвид – отличный парень!

– Не стоит. Надеюсь, опасаться нечего. До встречи!

Дэвид выходит, я закрываю за ним дверь, прокручиваю замок два раза и на всякий случай набрасываю дверную цепочку, которой сроду не пользовалась. По пути в комнату я ощупываю конверт. Там снова фотографии – значит, этот придурок следил за мной! Сомневаюсь, что там снимки природы или архитектуры города.

Усаживаюсь на кровати в позе лотоса и переворачиваю конверт. На миг у меня темнеет в глазах, и сердце пропускает удар. Я отбрасываю конверт в сторону, словно он пропитан ядом, и отползаю к спинке кровати.

Этого не может быть! Не может быть!

– Это Дьявол, Алана. Ты впустила Дьявола в свой дом.

Снова голос из прошлого, снова пальцы больно царапают грудь, пытаясь нащупать крестик, снова в памяти воскресают строчки из молитвы. Нет! Никакой молитвы!

«Все хорошо, Алана. Все хорошо. Это может быть обычным совпадением!» – убеждаю себя, но трудно отрицать очевидное. Сердце знает правду. Слова на конверте: «Не стоит заглядывать внутрь», мог написать лишь один человек.

Ощущение беспомощности не желает покидать меня, но я должна быть сильной, должна во всем разобраться. Должна. Должна. Должна.

Дрожащими пальцами вытаскиваю стопку фотографий и внимательно просматриваю их. Как и в первый раз, везде запечатлена я: днем у клуба во время разговора с охранником, в закусочной за поеданием равиоли и на пробежке по скверу, причем в разные дни.

Этот псих постоянно следит за мной! И это вообще не романтично! Какой-то гребаный сталкер! Как он нашел меня?! И что ему от меня нужно?!

Прошлое

Жить как все нормальные люди я смогла после долгого курса реабилитации в клинике – тогда-то и появилась новая Алана. Через соцсети я смогла отыскать двоюродную сестру по маминой линии – Холли Кавана. Я и не знала, что кто-то из моих родственников живет в Лос-Анджелесе.

Мы быстро нашли общий язык. Сначала вели длинные переписки, а потом начали созваниваться. Помимо Джесс и Кристи, у меня появилась Холли. Чем больше людей входило в мою жизнь, тем больше я верила, что здорова.

– Алана, ну решайся! Прилетай хотя бы на уикенд. Лос-Анджелес – это рай! – восторгалась кузина во время очередного звонка.

– Хорошо! Уговорила! Я прилечу на следующих выходных!

Подлетая к Лос-Анджелесу, я не могла отлипнуть от иллюминатора, наблюдая, как солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие розовые и оранжевые оттенки. Город, в который я прибыла, был настоящим капканом мечты: высокие небоскребы с зеркальными фасадами, бесконечные улочки в обрамлении пальм и яркие огни. Воздух наполнял дух приключений, свободы и возможностей.

– Сестренка! – услышала я, выходя из здания аэропорта.

Холли. Я сразу ее узнала. В мою сторону летела высокая эффектная девушка с копной длинных белокурых волос. Еще общаясь с ней в сети, я про себя прозвала ее Барби за яркую внешность и любовь к розовому.

Так приятно было обнимать родного человека.

Весь следующий день неугомонная Холли таскала меня по раскаленному солнцем городу, показывая достопримечательности, возила к Голливудским холмам, устроила прогулку по Родео-драйв. Самым запоминающимся местом стала Аллея Славы. Я рассмотрела каждую звезду с именами знаменитостей. Увы, на Диснейленд не хватило сил.

– А вечером мы с тобой идем в клуб! – объявила она, когда мы, изрядно уставшие, вернулись домой.

Энергия и жизнерадостность Холли заряжали позитивом и вызывали восхищение.

– Разве меня пустят? – напомнила я про свой возраст. Холли было двадцать два, а мне едва исполнилось девятнадцать.