Кажется, я начинаю понимать, как действует эта Бьянка. И это даже забавно — нажимать на ее кнопки.

— Неплохо, Гастингс! — Марсель и Влад кивают мне, а Бьянка выглядит немного растерянной. Она даже не знает, что она только что дала мне.

— А теперь... кому мы нанесем визит?

— Можете выбирать отсюда. — Он дает нам обновленный список с их профессиями, прежде чем посмотреть на свой телефон и добавить. — Мой IT-специалист только что подтвердил, что у остальных тоже есть исходящие платежи на один и тот же оффшорный счет. Как только мы получили схему, ему было довольно легко проверить то же самое.

— Дай посмотреть. Нам нужен кто-то, кто готов говорить. — Говорит Би, просматривая новый список и останавливаясь на одном имени. — Бывший сенатор Вульф. Я помню его. Он постоянно приходил к нам домой, когда я была моложе.

— Да, я тоже его знаю... — добавляю я мрачно. Старик, который в каждый разговор обязательно включал Иисуса. За эти годы у нас было несколько споров под видом дебатов. Насколько я помню, он вышел на пенсию восемь или девять лет назад.

— Пусть твой айтишник найдёт всю информацию о Вульфе, а потом мы будем действовать. —Бьянка кивает Владу.

Похоже, наш визит в Атлантик-Сити придется отложить... снова.

Глава 38 

Бьянка

Согласно информации, предоставленной IT-специалистом Влада, Вульфу семьдесят четыре года, сорок из них он женат и является гордым отцом троих детей. В настоящее время он проживает в Тампе, штат Флорида. Я работаю над запоминанием его личных данных, пока Адриан переодевается. Мы решили вернуться в пентхаус, прежде чем отправиться на наш четырехчасовой рейс в Тампу.

Я не возвращалась сюда с момента нашей ссоры, и по дороге сюда он счел нужным добавить.

— Не думай, что это значит, что я тебя прощаю. — Я ничего не ответила, потому что не ожидала, что он простит... по крайней мере, не так скоро. Я просто должна приложить больше усилий, чтобы доказать ему, что мы принадлежим друг другу.

До сих пор наша командная работа была образцовой, если не обращать внимания на смерть Мартина и взрыв хранилища.

— Ты закончил? — Я поднимаю глаза и вижу, как он застегивает пуговицы на белой рубашке и закатывает рукава.

— Да. — Он кивает и опускает рюкзак рядом со мной. — Я собрал самое необходимое.

— Хорошо. Я тоже. — Я указываю ему на небольшой чемоданчик, который приготовила. — Я зарегистрирую этот. В нем есть все, что нам понадобится для более неприятных частей путешествия. — Неприятных — это кодовое слово для крови и расчлененки. Я упаковала несколько своих пистолетов, патроны и пару ножей. Он хмурится, когда понимает, что я имею в виду.

— Как это пройдет через службу безопасности аэропорта?

— У них помечено мое имя, поэтому они никогда меня не проверяют, — объясняю я, будто это подписка, за которую платишь, если знаешь нужных людей. Для человека, которому в девяти случаях из десяти приходится путешествовать с оружием, это необходимо.

Он ворчит в знак благодарности, похоже, не в восторге от моей оговорки. Вероятно, в нем говорит законник. Несмотря на то, что он видел некоторые стороны подпольного мира, Адриан все еще невиновен во многих сделках, которые происходят вокруг нас.

Мы покидаем квартиру и едем в аэропорт. Мы уже решили, что не собираемся задерживается там дольше, чем на пару дней. Адриан довольно резко высказался по этому поводу, потому что ему не терпится отправиться в Атлантик-Сити и найти Хименеса. Я не спорила, главным образом потому, что куда он, туда и я.

Приехав в аэропорт, мы паркуем машину, заплатив вперед на несколько дней и направляемся в зону регистрации.

— Ты уверена, что это сработает? — Адриан не сводит глаз с моего багажа.

— Поверь мне, всё получится, — заверяю я его в тысячный раз.

— Я не думаю... — бормочет он себе под нос, но бросает эту тему.

Пройти через службу безопасности — проще простого, и вскоре мы занимаем свои места в самолете.

— Вот видишь, я же тебе говорила, что волноваться не о чем.

— Я все еще не могу поверить, что ты можешь просто подкупить охрану аэропорта. — Он качает головой, но я успеваю заметить гримасу.

— Болит? — я показываю на его грудь, и он пожимает плечами.

— Я принял немного обезболивающего. Сейчас все в порядке.

— Не переусердствуй. — Слегка укоряю его я.

Самолет взлетает, и я вижу, как Адриан закрывает глаза.

Ладно... значит, он не хочет разговаривать. Не то чтобы я сильно его винила, учитывая всё, что произошло на этой неделе. Я всё еще не могу поверить, что старик заработал свое состояние с помощью шантажа, хотя это и не удивительно.