Такого никогда не случалось раньше. Никогда еще я не выходил из ярости так, как сегодня, и все благодаря ей.

Я украдкой смотрю на нее, и в тысячный раз задаюсь вопросом, что в ней такого. Я рядом с ней всего несколько часов, а уже чувствую себя спокойнее, чем когда-либо.

Может быть, это потому, что рядом нет Вани, которая вторгается в мое пространство и отчитывает меня за все, что происходит вокруг. Впервые здесь только я.

И она.

Черт, и тот поцелуй, который на самом деле был не поцелуем, а скорее чмоком… Даже сейчас, думая о нем, я просто хочу закрыть глаза и запечатлеть его в своей памяти.

Она не понимает, что, находясь так близко к ней, я был ближе всех к другому человеку за… целую вечность. Она смелая и открытая в своих прикосновениях, иногда ее рука тянется к моей без осознания.

Это удивляет меня.

Это восхищает меня.

Мне кажется, я никогда не чувствовал отсутствия прикосновений, пока она не решила ворваться в мою жизнь и перевернуть ее с ног на голову. Что делать мужчине, когда перед ним внезапно появляется все то, чего у него никогда не было, и все это в пределах досягаемости?

Брать. Брать и эгоистично брать.

Но самое странное это то, с какой легкостью она приняла меня. Она не была ни шокирована, ни напугана, когда многие до нее избегали меня и подвергали остракизму, страх был главным их стимулом.

Но не в ее случае.

Я настолько привык к тому, что другие люди боятся меня, что мне приходится постоянно спрашивать ее, не испугалась ли она, боясь, что наступит момент, когда я стану для нее слишком страшным, и она просто… исчезнет.

Нет, это не обсуждается.

Я буду держать ее рядом, даже если мне придется сражаться с ней, или с Марчелло и целой армией. Я уже практически решил это, когда был в ее комнате, но сегодняшний вечер только укрепил мое решение.

Кроме того, если она помогает мне справляться с приступами, значит, она помогает и другим людям, ведь я больше не буду убивать так много. С моей точки зрения, это беспроигрышная ситуация.

Удовлетворённый своей мыслью, улыбка тянется по моим губам.

— Чему ты улыбаешься? — спрашивает она, глядя на меня с подозрением, скрестив руки на груди… Мои глаза уже идут по другому пути, и мне приходится встряхнуться, чтобы сосредоточиться на дороге.

— Я? — я притворяюсь невинным, но видя, как она надувается, как полные губы требуют моего внимания, я не могу удержаться. — Когда я в следующий раз потеряю контроль, ты снова меня поцелуешь?

Ее глаза расширяются, и она быстро моргает, глядя на меня, как будто не услышала.

— Если потребуется, — пробормотала она, слишком тихо, но это и есть стимул, который мне нужен, чтобы остановиться.

— Что… — она прерывается, когда видит, как я открываю небольшой отсек, беру набор ножей и проверяю каждое лезвие, прежде чем остановиться на одном. Как раз в тот момент, когда я собираюсь порезать себе руку, она останавливает меня, накрывая своей рукой мою в попытке выхватить у меня нож.

— Ты сумасшедший, — бормочет она, с силой отрывая мои пальцы от ножа. — Зачем тебе делать это с собой?

— Чтобы ты могла снова меня поцеловать, — честно отвечаю я.

Она с любопытством смотрит на меня, в то же время забирая все острые предметы и запихивая их обратно в отделение.

— Тебе так понравилось? — спрашивает она, опуская взгляд, когда румянец покрывает ее щеки.

— Это было приятно, — я пожимаю плечами.

Ее глаза тут же устремляются на меня, и по какой-то причине я понимаю, что сказал что-то не то.

— Приятно? — спрашивает она, ее брови взлетают вверх, — приятно, — повторяет она оцепенело.

Я киваю. Может быть, для нее это было не очень приятно? Я не думал об этом. Что, если она сделала это в порыве чувств, а потом пожалела об этом? Что, если ей это не понравилось? Я знаю, что не так уж плохо выгляжу. Бьянка говорила мне, что я мог бы получить ее, если бы не был таким психом. Я не знаю, что именно она имела в виду, но предполагаю, что она сделала мне комплимент.

— Просто приятно? — спрашивает она с недоверием, подчеркивая слово «приятно», как будто оно имеет негативный смысл.

Ааа, понятно.

Должно быть, я оскорбил ее женские чувства.

— Ну, — начинаю я и впервые чувствую себя немного неуверенно, — мне не с чем сравнить, но я знаю, что поцелуи подразумевают немного… больше, — я дарю ей одну из своих очаровательных улыбок. — Мы можем попробовать лучше в следующий раз, — быстро успокаиваю я ее.

Может быть, у меня и нет опыта, но я был свидетелем достаточного количества поцелуев, чтобы знать, что они включают в себя нечто большее, чем просто соприкосновение губ.