– Вынужден попросить вас удалиться, кроме мм… Вас, мистер Роузинг, – все вздрагивают, когда я указываю пистолетом на владельца энергетической компании. – И… кто же… кто же следующий? – Я медленно и весьма драматично меняю цель, пока в итоге не останавливаюсь на главной фигуре сегодняшнего вечера. – И Вы, мистер Смит.

Этот ублюдок умен и, очевидно, помнит, как я немного продырявил, когда был ребенком, хотя долгое время делал вид, что мы не знаем друг друга. Поэтому его тело остается неподвижным, а взгляд напряженным.

– Заткни его, – приказываю я Даниэлю.

Мой охранник привязывает Маркуса к стулу, а затем заклеивает ему рот скотчем, в то время как мистер Смит мычит и краснеет от гнева.

– Напоминание, Аарон: выстрелишь, и через десять минут приедет Скотланд-Ярд, – произносит Чон, прежде чем любезно открыть дверь для четырех сбежавших ягнят.

О, я не собираюсь стрелять. Эти подонки получат кое-что похуже, чем скучная смерть. Клуб очищен от основных гостей и сейчас целиком заполнен нашими людьми, так что у меня есть около часа на небольшое кровавое развлечение.

Я подхожу к Роузингу с абсолютным спокойствием и не спеша снимаю пиджак.

Я не срываюсь с цепи, следую ледяному спокойствию, несмотря на инстинкт, умоляющий свернуть им шеи, потому что насилие, кипящее в моих венах, делает меня рациональным.

Патрик Роузинг смотрит на Даниэля, который стоит позади него и держит мою клюшку:

– Вы сорвали важную сделку, которая должна была состояться несколько часов назад. Что происходит?

Мы договорились об определенном сотрудничестве. Партнерстве, где инвестиционная компания «Виктория» получает временное пользование моими денежными потоками, а я – процент со сделок. Эти ублюдки инвестируют в акции перспективных компаний и не всегда придерживаются закона, как часто бывает, когда речь идет о больших деньгах.

Например, устраивают взрыв в нужном месте, в нужное время и с нужными людьми, которые как-либо мешают им в достижении цели. Инсайдерская торговля, манипуляция ценами, шорт-сквизы и «Памп и Дамп», из-за которого десять лет назад пострадала влиятельная семья Кларк. Эти мрази не знают границ и слишком осторожны, чтобы оставлять следы.

Ну как прелестно, что есть пиздец какой умный я, не так ли?

– Вам нужны мои инвестиции, Роузинг? – я демонстративно кладу пиджак на соседний стул, закатываю рукава, после чего забираю клюшку у моего охранника и сажусь перед Патриком.

Темные редеющие волосы, сорок лет, дохера лишнего веса и завидный список сексуальных преступлений, который скрыл наш праведный судья Маркус. Наверное, Патрик думал, что на него никто не осмелится копать, но у меня имеются весьма полезные ресурсы Сноу и желание отрезать ему гребаный член за то, что они, блядь, посмели тронуть мое.

– Вы вломились в мой клуб, угрожаете и думаете, что теперь мне нужны ваши инвестиции? – на его противном лбу появляется пот, но это не мешает Роузингу ослабить галстук и самодовольно произнести, брызжа своей слюной: – Ты зарвавшийся щенок и кусок дерьма, Кинг. Тебе повезло, что мы на людях, иначе кто-то давно пристрелил бы твою поехавшую башку. Но как только…

Он не успевает договорить.

Свободной от клюшки рукой я достаю нож и вонзаю его в маленький и грустный член Роузинга. Кровь Патрика тут же брызжет из разрезанной ширинки, а его истошный крик заполняет пространство, обладающее лучшей звукоизоляцией во всем Соединенном Королевстве.

– Если ты будешь визжать, я перейду к языку, а затем к глазам, – предупреждаю я, едва держась за контроль… – А теперь мы поговорим как следует, Патрик.

– Ты, блядь… – зажав рукой поврежденный орган, он пытается встать, но из-за моей клюшки, направленной на его горло, Роузинг падает обратно.

– Успокойся. Возможно, ты больше не сможешь нормально мочиться и трахаться, но ты не умрешь. Мы попробуем еще раз. Восемь лет назад ты вел какие-либо дела вместе с Чарльзом Кингом?

– Сукин сын… я… убью тебя…

– Это вряд ли.

Медленно встав, я размахиваюсь клюшкой и ударяю прямо по его голове. Он падает на пол, практически не двигаясь. Я рву ножом уже пропитавшиеся кровью брюки и провожу оскопление, с удовольствием разрезая плоть.

Отрезанный член вместе с опустевшими яйцами катится по полу.

Блядь, как грязно. Мне очень нравилась эта рубашка – ее мне подарил ангел.

Я хлопаю Роузинга по щекам и приказываю:

– Зажимай, если не хочешь сдохнуть от кровопотери.

Когда он прекращает орать и наконец зажимает пиджаком отверстие, я произношу:

– Я не люблю повторяться. Третья попытка будет последней. Чарльз Кинг хотел купить долю конкурентов, когда вы соперничали с еще существующей компанией Петрова. Что произошло?

– Мы получили выгоду с пролива^[5], но ничего не делали с твоим братом, – бормочет Патрик. – Я клянусь.

Я вытираю окровавленный нож о его брюки и передаю его охраннику. Может быть, Чарльз и хотел заработать свое состояние самостоятельно – пусть и не честными методами, но он бы никогда не согласился на человеческие жертвы. Гребаная гуманность Чарли просто свела бы его с ума.