— Это было здорово, малыш, — ласково говорю я, когда Тристан ложится на спину, из его груди все еще вырываются тяжелые вздохи. Я изображаю ту же одышку, но мое сердце уже вернулось к нормальному ритму.

— Правда. Ты потрясающая, Эмма, — его шелковистая ладонь скользит вверх и вниз по моей руке. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, вероятно, об уходе, о том, что завтра рано вставать, о рабочей встрече, о какой-то ерунде. Я не даю ему договорить.

— Останься ненадолго, — мурлычу я, наклоняясь ближе, чтобы прикусить мочку его уха. На вкус как соль и одеколон Тома Форда. — Я разрешу тебе засунуть его мне в задницу.

Тристан давится смехом.

— Что ж, от этого предложения я не могу отказаться, — он хлопает меня по ягодицам, и я подавляю рычание. Заставляю себя оторваться от его уха, чтобы не прикусить и не оторвать его.

— Я принесу тебе что-нибудь выпить, милый.

Скатываюсь с кровати и натягиваю трусики, поднимая с пола, где он бросил их, чтобы показать мне свои лучшие выученные движения, теплая рука Тристана следует за мной, как будто я вот-вот испарюсь. Я подмигиваю ему через плечо, крепко надевая маску милой сексуальной кошечки, и направляюсь на кухню. Маска спадает с моего лица, как только я поворачиваюсь к нему спиной.

Бетонный пол успокаивающе действует на мои босые ноги. Мне не нравится температура кровати, в которой лежит Тристан. Там прохладное тепло. Иногда я чувствую, что мне нужно сгореть дотла, но этот очищающий огонь никогда не приходит. В похожие моменты, как сейчас, наступает какой-то скользкий жар. Прохладный поцелуй бетона на коже мне больше нравится.

Я беру стакан и наполняю его водой, внимательно разглядывая лилии в вазе на островке, пока допиваю, прежде чем поставить его в посудомоечную машину. Меня не возмущают такие детали, как цветы в вазе, или беспорядок заметок на холодильнике, или одинокая оборванная нитка на обивке грифельно-серого дивана в гостиной, где лежит мой белый кот Кейн, помахивая хвостом в тонком луче света из окна. Все это — часть моей сети. Вещи представляют собой мерцающую иллюзию, тщательно подобранную, каждая из которых создает образ нормальности. Безопасности.

Я беру с полки еще два стакана и прижимаю их к дозатору в дверце холодильника, чтобы положить на дно каждого по три кубика льда. Достаю немного бурбона из винного шкафа и лимонный сок из холодильника. А затем прижимаю палец к сенсору потайного ящика в шкафу рядом с холодильником. Он выдвигается из отсека, построенного Самуэлем. В ящике спрятанные флаконы с моим собственным особым составом — смесью кетамина[2] и хлоралгидрата[3]. Я бросаю один взгляд через плечо, просто чтобы убедиться, что Тристан не последовал за мной сюда, а затем беру флакон между большим и указательным пальцами, перекатывая кристаллы по стеклу.

Добавляю лимон в виски и разливаю коктейль по двум бокалам, смешивая полный флакон кристаллов в бокале Тристана. Простой сироп скроет вкус горьких лекарств. Перемешиваю, добавляю соломинку в свой стакан и ставлю все на место, прежде чем направиться обратно в спальню с напитками в руках.

Тристан лежит голый на кровати, скрестив руки за головой, его короткий, сморщенный член свисает сбоку. Он дергается, когда я приближаюсь. Требуется титаническая сила, чтобы сохранить на лице милую маску и покачивать бедрами, когда я иду к нему. Помогает то, что у меня в руке стакан, полный снотворного.

— Держи, милый, — говорю я. Улыбаюсь через соломинку и протягиваю Тристану его бокал, делая глоток своего напитка ровно настолько, чтобы ощутить на языке привкус алкоголя, и не более того.

— Кислый виски, мой любимый. Как ты узнала?

Я застенчиво пожимаю плечами.

— Догадалась.

Нет, это не так.

Я уже некоторое время наблюдала за Тристаном. Конечно, я знаю, что это его любимый напиток. Я знаю, какие клюшки для гольфа его любимые — «Ультра МАКС, Стар-комбо» в черно-золотом исполнении, какое порно он предпочитает — любительское двойное проникновение на «Порнхабе», какой протеиновый порошок он использует в своем смузи на завтрак — сухую сыворотку «Рокет уэй» со вкусом печенья и сливок. Я знаю, на какое время он ставит свои три утренних будильника, какой у него пароль от «Нетфликс», какую марку носков он покупает.

И я знаю, что он занимается инвестициями в «Здоровье ягненка», одну из дочерних компаний «Легио Агни».

Он зарабатывает им больше денег. Он помогает неуловимому Кэрону Бергеру обрести больше власти.

Я притворяюсь, что делаю глоток своего напитка и приподнимаю донышко бокала Тристана, когда он делает большой глоток. Конечно, как только он уйдет, его заменит другой брокер. Но это все равно правосудие. Последние пять лет он работал в «Здоровье ягненка». Согласно календарю, который взломал Самуэль, с ноября он дважды тайно встречался с Синтией Нордстром. Она самый высокопоставленный общественный деятель в шайке Кэрона.