Если не считать выпускной церемонии, родители держали меня буквально под замком целых шесть недель после аварии, потому что врачи сказали, столько потребуется мне для полного выздоровления. Я было хотела посещать летние курсы в Университете Джорджии, но не-е-е-е-е-ет. Никакой учебы. Никакой работы. Никакой долбаной жизни.

Так что, когда Дева-Гот позвонила и позвала меня отметить Четвертое июля в доме ее нового парня с бочонком пива, я кинулась к календарю за подсчетами.

– Через семь недель! Бегу!

Дева-Гот встретилась с этим парнем на концерте Мэрлина Мэнсона около двух месяцев назад, и с тех пор они были неразлучны. Его звали Стивен, но я называла его Парень-Гот – по крайней мере, про себя. Я пока его не видала, но сам факт, что у него был свой дом, в котором он устраивал пивные вечеринки, уже вызывал симпатию. А это должен быть полный отпад, с ансамблем и всем таким. Ну, в смысле не то чтобы это был какой-то знаменитый ансамбль, который кто-то знает – какая-то местная группа с названием «Фантомная Конечность», – но все равно живая музыка!

«Черт».

Облизав ватную палочку, я попыталась поправить макияж. В очередной раз.

«Как можно разучиться наносить жидкую подводку?»

«Заткнись. Я не делала этого больше месяца».

«Ну да, ну да».

«Отлично, а теперь на правом глазу линия толще».

«Ну, давай все заново».

«Может, я просто добавлю немного слева, чтобы было одинаково?»

«Ты и про право то же самое говорила».

Нанеся еще один слой подводки, я заставила себя отложить карандаш и найти себе другой предмет для страданий. Это было несложно. Я неделями не выходила из дома, и это было заметно. Джинсы еле застегивались, навыки нанесения косметики проржавели до чертиков, а мои волосы…

Боже, волосы.

Последний раз я брила их больше года назад. Челка доросла до линии челюсти, длинные прядки по бокам – до плеч, а сама стрижка превратилась в кудлатую, неопрятную, волнистую копну. Я и не замечала, как они отросли. Я просто откидывала их набок и закалывала заколкой.

Я не могу никуда идти с такой головой. Как только она попадет на влажный воздух, она меня задушит. Буквально. Или кого-то еще.

Голос в моей голове – тот самый, которому было плевать, кто что подумает, тот самый, который напрочь заткнулся с тех пор, как Ланс Хайтауэр сказал, что я похожа на мальчика, – снова зашептал, впервые за множество лет. Он сказал: «Где твои ножницы, сучка?»

Я услышала эту группу за квартал до того, как увидела дом Парня-Гота. С поднятыми стеклами машины. И включенной музыкой. Шум доносился из милого маленького желтого одноэтажного домика в семейном пригородном райончике. Не совсем то, чего можно было бы ожидать от холостого фаната Мэрлина Мэнсона двадцати-с-чем-то лет. Ну, может, ему нужно место, чтоб прятать трупы.

– Отпадная прическа! – завопила Дева-Гот, открывая мне дверь. – Обожаю такую стрижку! Ты похожа на Дрю Бэрримор, когда она обстригла волосы.

Сама она была в зените готской славы – в черном коротеньком платье, массивных черных туфлях на платформе и с косметикой, делавшей ее похожей на жуткую фарфоровую куклу. Я вдруг засомневалась в своем коротком черном топике с булавками, но хотя бы мои штаны были из псевдокожи. Судя по тем, кто был в комнате, это было частью униформы.

Я зашла в затемненную гостиную. Там оглушительно орал хеви-метал, и пульсировали огни цветомузыки. Вся мебель была сдвинута к стенам, и десятки тел дергались и извивались перед группой из четырех человек, игравших в углу комнаты. Пока мои глаза привыкали к темноте, Дева-Гот кому-то помахала.

– Стивен! – крикнула она.

Из толпы вынырнул худой мужик с черными волосами до плеч и черной козлиной бородкой. На нем была черная рубашка в сетку и виниловые штаны, которые были ему велики. Он напомнил мне Лорда Лакрицу из Страны Леденцов.

Когда он подошел, Дева-Гот наклонилась к его уху и прокричала:

– Это Биби! Правда она похожа на Дрю Бэрримор?

Потом она улыбнулась и дернула меня за прядку моих трехсантиметровых, самостоятельно высветленных добела волос.

Парень-Гот оглядел меня сверху донизу, отчего я почувствовала себя маленькой, и прокричал в ответ:

– Ну да, если бы у нее были сиськи.

Ага, пойди отсоси. Козел.

Дева-Гот сделала вид, что хлопает его по щеке, захихикала, они обнялись и исчезли в толпе.

«Ну, офигеть».

Мне надо было выпить. И пойти спрятать в доме этого придурка какую-нибудь гадость. Может, у него в холодильнике найдется пара яиц? Через несколько дней они чудесным образом протухнут.