Она молча наблюдает за моими движениями. Потом подходит ближе.

— Зай, давай поговорим, — заглядывает в лицо. — Ты в последнее время сам на себя не похож.

Это уж точно. Выходит, что даже она заметила.

— Нет настроения для бесед, — отвечаю нехотя.

— Это меня и настораживает.

— Ник, — поднимаю на нее глаза. — Не грузи сейчас, а?

Она, насупившись, кутается в шубу. Мерзнет в ней как цуцик, но понты — превыше всего. Снова вспоминается Лисицына, с раскрасневшимися от кусачего мороза щеками. Тоже тряслась вот также утром. Не то от холода, не то от моего присутствия. И то, и другое, видимо, одновременно. Эта ее куртка — курам на смех. И как переодеть девчонку во что-то потеплее я пока не придумал…

Но с тем, насколько дико звучит эта мысль, смирился.

Как и с тем, что со мной происходит…

— Ром, — шмыгает носом Вероника. — Может, хватит уже меня игнорить? Мы с тобой словно чужие стали.

Ей богу, как будто родными были когда-то. Столько драмы вкладывает в эти слова…

— Ты расстаешься со мной или что? — никак не угомонится. — После того, как ты вернулся с соревнований, все не так!

А вот в этом она абсолютно права.

— Я тебе уже говорила, что не имею отношения к той ситуации со шкафчиком… этой. Кольцо пропало, на кого еще было думать?

— Плевать…

Вот же заливает. Вообще не верю, что она «не при делах».

— Я не знала, что Абрамов решил ее подставить! — отчаянно доказывает, притопывая от досады ногой. — Далась она мне!

— Да не гони…

— Ты терпеть ее не мог! Что вдруг случилось? — в голосе Грановской слышится явное пренебрежение. — Знаешь, я смолчала, но то, что ты избил из-за нее Яна…

— Будь на ее месте кто-то другой, я поступил бы ровно также.

— Ну конечно, — фыркает она.

— В мои дела с Абрамовым не лезь, поняла? — смотрю на нее сурово и сжимаю челюсти до хруста, только от того, что вспоминаю перед ударом его надменную, ухмыляющуюся рожу.

— Ты хоть понимаешь, как все это выглядело со стороны? — порицающе наседает на меня она.

— Мне вообще по боку…

— А мне — нет! — кричит на всю парковку.

Та еще любительница устраивать шоу, что с нее взять.

— Хорошо, что там в кабинете было всего несколько человек, но знаешь, и этого оказалось достаточно для того, чтобы расползлись слухи!

— Какие слухи, че ты несешь, Ник? — выдыхаю устало.

Она стоит рядом всего каких-то пять минут, а утомила нереально.

Открываю водительскую дверь, давая понять, что наш разговор на сегодня закончен.

— Ром…

Поворачиваю к ней голову, раздраженно цокая.

— Ну что еще…

— Я скучаю по тебе, давай мириться!

Ника лезет обнять меня. Утыкается носом в шею. Мокро. Плачет что ли? Или это просто снег? Ее слезам, если честно, я не особо верю.

— Можно я к тебе приеду? — спрашивает тихо и жмется ближе, невзначай касаясь губами шеи.

— Я у Камиля сегодня останусь.

— А завтра?

— Ник, созвонимся, ладно? — отодвигаю ее от себя.

— Ладно, — недовольно поджимает губы и делает шаг назад.

— Пока, — запрыгиваю в тачку и устраиваюсь поудобнее.

Замечаю Юнусова, широким шагом пересекающего парковку. Очень вовремя, дружище. Пока у Грановской не возникла идея вроде той, чтобы я ее подвез.

Он садится рядом и пристегивается. Правильный до мозга костей, но мне в нем эта черта даже нравится.

— Поехали? — вскидываю бровь.

— Да.

— Скинул хвост?

— Ага, — чешет он подбородок.

Камиль сдавал зачет училке по обществу.

— И как тебя Брежнева оценила?

— На отлично!

— Красава, — отбиваю я пять. Угодить этой вальтанутой удается не всем. — А тема?

— Виды безработицы, — обреченно вздыхает Юнусов. — Фрикционная, циклическая, структурная.

— Все то, что нам не грозит при любом раскладе, — самодовольно хмыкаю я, выворачивая руль влево.

— Сашке спасибо, — глупо улыбается Камиль. — Она как раз накануне объяснила разницу.

— Че за странное выражение лица? — потешаюсь я над ним, прищуриваясь.

— Хорошая просто девчонка, — как-то зажимается и ни с того ни с сего смущается друг. — А у тебя, кстати, что за билет был?

Разговор так мастерски перевел в другое русло. Ну-ну…

— Девиантное поведение, — смеюсь. — Я при желании диссертацию могу на эту тему защитить. Такие экземпляры перед глазами! (Девиантное поведение — поведение людей, не соответствующее общепринятым ценностям и нормам).

— Да, один этот чего стоит, — кивает головой на впереди движущийся автомобиль Абрамова. — Тебя Невзоров зачем к себе вызывал?