— Ты в гостинице? — спрашивает настороженно.

— Нет. Мы… гуляем по Невскому.

— Все вместе? — зачем-то уточняет.

Вот как чувствует! Ну и что говорить?

— Да, — смотрю на то, как ловко Ян справляется с повязкой. — Я напишу тебе попозже, ладно?

— Что, совсем нет времени поговорить с матерью? — отвечает она обиженно.

— Есть конечно. Извини, — тут же исправляюсь я.

— Хоть расскажи мне, как дела… Я же скучаю по тебе.

Улыбаюсь. В последнее время мама редко говорит что-то подобное.

— Нормально. Я тоже соскучилась. Завтра уже увидимся.

— Что там у вас с тем мальчиком? — переходит на шепот.

— Мам, — смущаюсь. Вдруг услышит.

А «тот самый мальчик» тем временем разворачивает меня и подталкивает вперед.

— Он рядом, что ли?

— Угу, — бормочу себе под нос.

Иду, куда указали. Переходим дорогу, и тут до меня доходит. Одноклассник направляется к магазину мужской одежды.

— Понятно.

Думает, не хочу секретничать. Прямо вижу, как она поджимает губы.

— Что делали сегодня? Где были?

— В Эрмитаже. На Дворцовой площади. В «Дачниках» и не только… А вы там как?

— Папа уже спит. Лешка сидит за своим компьютером.

— Поняла. Привет передавай. Мне пора.

— Сообщение не забудь отправить. И от группы не отставай.

— Хорошо. Целую тебя, до завтра.

Сбрасываю вызов, снимаю шапку и захожу в магазин следом за Абрамовым. Магазин… Бутик! Чего уж там! Судя по случайному ценнику, попавшему в поле моего зрения.

— Мы уже закрыты, — неожиданно сообщает появившаяся прямо перед нами женщина, одетая в строгий классический костюм. Продавец-консультант Елена. (На бейджике так написано).

Ян лениво осматривается. Проходится равнодушным взглядом по вешалкам. Снимает одну из них.

— Молодой человек! — вопит она.

Подходит ближе к нему. Принюхивается. Морщит нос от запаха копоти и кривится, разглядывая одежду и обувь, испачканную сажей.

— Не прикасайтесь к вещам!

Абрамов поднимает на нее острый как бритва взгляд.

— Мыыы не работаем! График по ту сторону двери! — повторяет она презрительно. — Уходите.

— Рот закрой свой. У тебя еще три минуты рабочего времени.

Грубо конечно, но, учитывая характер Яна и ее «радушное» приветствие, вполне ожидаемо.

— Елена, в чем дело?

В зале появляется еще одна женщина. Администратор.

— Мария Анатольевна, тут какие-то… чумазые, грязные бичи заявились. Выгнать не могу! Еще и оскорбляют.

Бичи… Ну ничего себе! Кто еще кого оскорбляет. Культурная столица…

— Слышишь, жертва инцеста, поосторожнее с выражениями! — обманчиво спокойно предупреждает Ян.

— Одежда испортилась из-за пожара, — обиженно поясняю я.

— Арсеньева, ты серьезно? Нашла перед кем объясняться!

Забирает с полки джинсы и свитер подходящего размера, а Мария Анатольевна в этот момент замечает блеснувшие на его руке швейцарские часы. Очень дорогие. Они прям кричат о своей баснословной стоимости. Это даже я понимаю.

— Я ему сказала не трогать вещи! Но он…

— Лена, замолчи, — шикает на продавщицу администратор.

— Но Мария Анатольевна! — консультант Елена, возмущенная в край, таращится на нее во все глаза.

— Куртки где висят? — осведомляется Ян сухо.

Вот сразу чувствуется по манере, что человек привык к тому, чтобы его обслуживали.

— Могу предложить пальто. Есть одна модель, которая сшита прямо на вас.

— Да неужели? — отзывается он насмешливо.

— Проходите в примерочную. Я принесу, — любезно отвечает Мария Анатольевна.

— Мне нужна вода, умыться. Уборная есть? — достает из кармана портмоне, извлекает из него пятитысячную купюру, случайно засветив содержимое кошелька, и отдает ей.

— Я провожу. Лена, дверь закрой на ключ. Время.

Та истуканом стоит на месте. И цвет ее лица стремительно приобретает насыщенный багровый оттенок. Так озадачило ее наличие денег у чумазых бичей.

— Арсеньева, здесь посиди, — парень указывает на кожаный диванчик.

Раскомандовался!

Из вредности игнорирую его приказ, когда он скрывается за углом. Снимаю пуховик, в котором уже запарилась. Разглядываю страшных золотистых манекенов, еще раз прихожу в ужас от цен, а потом вдруг понимаю, что туплю по-страшному.

Мне нужна вода умыться! Ну и дура!