Идея, конечно, авантюрная, но давать задний ход уже нет смысла. Главное, уберечь ребенка от падений, и при этом дать прочувствовать магию льда.

— Ооо!

Савелий изумленно таращится на подсвеченные ледяные дорожки.

— Крепко держись за обе руки. Корпус наклоняем вот так, коленки сгибаем. Начинаем делать маленькие, осторожные шажочки вперед. Давай пробовать.

Первые минут сорок учимся стоять, медленно ходить по скользкому льду и балансировать.

Савка действительно не боится, и это значительно осложняет дело. Уж слишком резвый, а я очень переживаю на тему того, чтобы он не ударился.

Пододвигаю к нам опору-тюленя. Вроде как сам будет передвигаться, но риск падения снижен.

— Какоооой красииивый!

Симпатичный тюлень-ассистент Савке явно по душе.

— Теперь он тебе помогать будет. Ты не замерз? — спрашиваю настороженно.

— Неее. Я надет как ка…пус…та.

— Одет, — поправляю его я и встаю позади, чтобы подстраховать на первых порах. — Так. Держись теперь за него. Вот здесь, за хвост. Ну, шагаем.

Савелий старательно повторяет заученные движения.

И все-таки какой молодец!

Еле сдерживаюсь. На глаза нет-нет, да и наворачиваются слезы. Нарушение координации мешают Савелию справляться с поставленной задачей, но он борется. Борется со своим телом…

— Ты просто умница! — хвалю его я.

— Нда? — запрокидывает голову назад и смеется, когда начинает заваливаться влево.

— Стоп! — испуганно хватаюсь за него.

Встреча с твердой поверхностью нам точно ни к чему.

— Садись, отдохни немного, — аккуратно усаживаю мальчугана на тюленя.

Удобнейшая штука, скажу я вам! В моем детстве таких приспособлений точно не было.

— Покатааайся! Покатааайся! — требует Савка, постукивая милого морского ассистента по хребту.

— Ладно.

Я подмигиваю ему, отъезжаю чуть вперед и начинаю исполнять на льду всякие несложные штуки. Ёлочку, змейку, ласточку.

— Ооо! — визжит Савелий.

Кручусь вокруг своей оси. Не обращая внимания на ноющее колено, выписываю круги вокруг мальчишки, ведь это вызывает у ребенка неподдельный восторг.

— Сууупер!

Катаю тюленя, совсем потеряв счет времени, а потом Савка снова просится на лед.

— Только мои руки не отпускай, — предупреждаю заранее.

— Сам…

— Сав, нет. Потихонечку!

И все же он отпускает мою ладонь. Нарочно, конечно же! Желание прокатиться самостоятельно берет верх над словом «нельзя».

— Сава!

Сердце замирает и пропускает удар.

Поздно.

Грациозно проехавшись вперед, начинает падать. Вот прям в последний момент успеваю поймать и потянуть на себя.

Заваливаюсь на спину, а не на бок, как рекомендуют. Это единственный вариант стать для Савки своеобразной подушкой и уберечь от болезненного удара.

— Сказала же, не отпускать! Ну что за вредина! — ворчу, медузой распластавшись на холодном льду.

Лежащий на мне Савелий звонко и заливисто хохочет. Не плачет, уже хорошо.

Облегченно выдохнув, смотрю на переливающиеся огоньки.

— Красиво, да, Савка?

— Угу. Мы в сказке, Да…ша?

— Да…

— Ты принцеееесса.

— Куда мне, что ты…

— Вы долго морозить почки собираетесь?

Этот голос мгновенно, что называется, спускает с небес на землю.

— Яяян! — радостно вопит Савелий, срывая горло. — Яяян!

— Погоди. Давай аккуратно встанем.

Поморщившись, поднимаюсь. Сначала сама, а потом и ему помогаю.

— Нееет. Стоять! Медленно и со мной. Либо садись на тюленя! — делаю серьезное лицо.

Савка недовольно пыхтит, но инструкциям подчиняется. Пока добираемся до бортика, дважды чуть не падаем. Все из-за того, что мальчик перевозбужден из-за появления своего крестного.

— Яяян!

И откуда он тут?

— Привет, Чиполлино! — Ян дергает Савелия за бубон-луковичку.

— Гыыы.

Вскидываю руку с часами.

Почти девять! Ничего себе!

Начинаю скрупулезно перевязывать съехавший набок шарф. Очень это сейчас важное и необходимое занятие.

— Почему не слушаешься? Возомнил себя Евгением Плющенко? — ругает мелкого Ян.

— Пьююющенко! — снова хохочет Беркутов-младший, обнимая его за ноги.

Прохожу мимо них.

— Пьющенко у нас Рома. Пошли переобуваться, Чудик, а то нос от мороза отвалится.

— Не отваааалится!

В раздевалке довольно многолюдно. Ныряю в рюкзак, выкладываю на скамейку барахло, лежащее сверху, достаю расческу. Прочесываю волосы и, соорудив на голове пучок, быстро закидываю все назад.