— Скрыть хотел от неё, да? Серьёзно? — надрывая горло, кричит Младший. — Чёрт, ты даже хуже, чем я думал!

— Пошёл отсюда на хер! Проваливай!

— А если бы Скай от тебя забеременела? Поступил бы так же?

Между братьями начинается перепалка, но я, шокированная полученными новостями, не могу и шага в их сторону ступить.

Оседаю на ступеньки и обхватываю коленки руками.

Адриана от него залетела.

Он дал ей деньги на аборт, решив избавиться от своего ребёнка.

Скрыть хотел от неё, да?

А если бы Скай от тебя забеременела? Поступил бы так же?

Не знаю зачем, но всё же поднимаюсь на этаж, который мне озвучили у ресепшен.

Возле палаты застываю в нерешительности. Во-первых, потому что не понимаю, что нужно говорить в таких ситуациях. Во-вторых, потому что чётко слышу голос Эмбер Забини.

— Как ты себя чувствуешь?

— Паршиво. Низ живота болит и тянет.

Они какое-то время молчат.

— Почему не сказала мне?

— Потому что это только моя проблема. Вы все слишком заняты собой.

Столько в этой фразе обиды…

— Это не только твоя проблема. Как минимум, двое должны отвечать за то, что случилось. Или…

— Или что?

— Скажи, Адри, ты специально это провернула? — после непродолжительной паузы предполагает мать.

— Я похожа на дуру, по-твоему? — злится дочь. — Какой ребёнок? Ты в себе? Мне восемнадцать!

— Но ты ведь была увлечена им. Поэтому я подумала, что…

— Нет! Мы с Хантером в ту ночь по тупости своей не предохранялись!

— Чем же он думал, мне интересно! Как можно настолько несерьёзно и безответственно относится к этому вопросу? — недовольно возмущается бывшая моего отца.

— Ой всё, не нуди, мам. Так вышло, ясно? Мы оба были под чем-то и вообще не контролировали ситуацию.

Эмбер тяжело вздыхает.

— Ладно, наступила беременность, но зачем же было её прерывать?

— За тем, что я не ты!

— В каком смысле?

— Ну как? Это ведь ты страдала навязчивой идеей по этому поводу, мечтая залететь от своего ненаглядного Картера Лероя и привязать его к себе навсегда.

— Адри, ты не понимаешь. Нельзя было принимать таблетки! И всё остальное, что случилось после… Аборт — очень опасная вещь, могут быть серьёзные последствия для женского здоровья.

— У меня не было выбора!

— Выбор есть всегда.

— Да очнись уже! Этот ребёнок для него как кость в горле!

— Мы бы справились сами.

— Для чего это нужно? Портить себе жизнь? Нет уж, извините.

— Почему ты в таком ключе это видишь?

— Потому что Хантер не со мной, а с Ней! Потому что ему плевать на меня. Считаешь, опущусь до шантажа беременностью? Считаешь, я заслуживаю подобного отношения?

— Конечно не заслуживаешь, но…

— Нет никаких но! Невозможно удержать мужчину нежеланным ребёнком, тем более, когда он по уши влюблён в другую. Тебе ли не знать!

— Даже не пытайся сравнивать. Картер хотел, чтобы этот малыш появился на свет.

Когда Забини произносит фразу этот малыш её голос звучит как-то по-особенному.

— Ага, хотел, — фыркает Адриана, — но при этом твой Лерой уже тогда вернулся к своей стюардессе. Неужели не понимаешь очевидного? Он не остался бы с тобой в любом случае.

— Если бы наш мальчик родился, Картер от меня не ушёл бы… — выпаливает Эмбер с горечью.

— Перестань, мам. Не хочу по новой это слышать! Хватит уже по нему страдать! Столько лет прошло, а ты всё ещё не отпустила!

— Просто моя боль слишком сильна.

— Отцу в глаза смотреть все эти годы не стыдно? — отчитывает её Адриана пренебрежительным тоном.

— Я люблю твоего отца!

— Но не так как Лероя, да? — усмехнувшись, ядовито подчёркивает.

— Это совсем разное, ясно?

— Поражаюсь. Тебе на хрен не помог ни один из твоих грёбаных психологов! Деньги на ветер!

— Сейчас речь не обо мне. Мы говорим о тебе и Хантере.

— Нет меня и Хантера, мама!

— Это он надоумил тебя? Он заставил избавиться от ребёнка?

Моё сердце от волнения начинает биться быстрее.

— Я сделала то, что посчитала нужным, ясно? И да, Хантер не был против!

— Ты совершила большую глупость, дочка.

— Это моя жизнь и мне решать.

— Не понимаешь…

— Не понимаешь ты! Я хочу быть счастливой! Я не хочу, как ты — сидеть на антидепрессантах двадцать лет спустя, втихую отслеживать чужую жизнь, рыдать и убиваться на тему того, что выбрали не тебя.

Эмбер не находит, что сказать ей, а мне становится дико неловко от того, что я подслушала такой личный разговор.

Наверное, не имела права.

Отступаю на пару шагов назад. Опускаюсь на скамейку.