— Почему ОН, мам? Почему Скай выбрала его? — выпаливаю, не скрывая своего разрушительного отчаяния.

— Сынок, — смотрит на меня с сожалением.

— Он бросил её! Тупо слил! Три года в её жизни толком не появлялся, променяв на одноразовых девок!

— Сынок…

— Что не так, мам? Я правду говорю. Хантер кинул её, а я, в отличие от него, всё это время был рядом! И мне никто кроме неё не нужен был!

— Всё очень сложно. Твой старший брат не по собственной воле отказался от этой дружбы. Оказывается, без отца Скай тут не обошлось.

— В каком смысле? — уточняю, нахмурившись.

— Картер взял с него слово. Попросту развёл их, но, видимо, то, что должно случится, всё равно случается, не взирая на вмешательство третьей стороны.

— Я люблю её, мам, а для него она всего лишь очередная девчонка в постели! Попользует и бросит как других.

— Перестань. Не говори так.

— Чем я не такой? Неужели не осознаёт, что совершила ошибку, выбрав его?

— Мы выбираем сердцем.

— Сердце тоже может ошибаться, — упрямо гну свою линию.

— Может, но только с тем, кого оно жаждет, можно быть счастливым и дело тут не в том, что ты какой-то не такой. Просто у Хантера и Скай произошло взаимное притяжение, понимаешь? Так бывает, сынок. Прими это.

— Но я люблю её!

— Чувства обязательно должны быть взаимными, иначе ничего хорошего у такой пары не выйдет. Я когда-то пыталась находиться в подобных отношениях. Ты знаешь, чем кончилось. Я выбрала твоего отца, хотя по-своему любила Исайю, дружбой с которым очень дорожила.

— Она глупая, — качаю головой. — А он конченый предатель.

— Перестань, Итан. Так нельзя.

— Ненавижу его! Делился с ним, советовался, а он, оказывается, в эти моменты думал лишь о том, как затащить её в кровать!

— Для Хантера Скай тоже особенная.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно, — отзывается невозмутимо. — Он тоже влюблён в неё, хоть и не осознаёт пока этого до конца.

— Ну ясно. Как обычно, защищаешь его. Причём незаслуженно.

— Что опять за шум? В столовой появляется отец, уже одетый в полицейскую форму.

— Всё в порядке, Рид. Мы просто разговариваем. Садись, дорогой. Завтрак готов.

— Малой, ты чего орёшь с утра пораньше? Не в настроении?

— Я пойду. Чтобы никого тут не раздражать, — поднимаюсь со стула и забираю свои вещи.

— Но, сынок, автобус приедет только через пятнадцать минут, — мама тоже встаёт.

— Пешком пройдусь. Пока.

— Итан…

Шагаю к дверям, никак не реагируя на то, что она меня зовёт. Выхожу из дома и, закинув на плечо рюкзак, направляюсь в сторону аллеи.

Ощущаю себя погано. Говоря по правде, мне обидно. Мать всегда заступается за старшего, какую бы дичь он не творил. Этот раз исключением не стал. Картера сделала виноватым, а отец Скай, между прочим, прав. Пытался оградить свою дочь от тех поступков Хантера, которые все мы неоднократно наблюдали.

Боже, ну какая дура! Что делает со своей жизнью? Родителей и сестру ради него бросила. Беременной матери нервы треплет.

Зла не хватает. Сколько раз хотел подойти к ней и тупо хорошенько встряхнуть, чтобы очнулась!

*********

После факультатива по физике всё-таки иду на тренировку по баскету, хоть и была мысль прогулять.

Эхо от моих шагов разносится по полупустой школе. Экзаменов сегодня нет. Репетиция у выпускников во второй половине дня. Допы у должников закончились, а основная масса учащихся вообще уже кайфует на каникулах.

По пути к спортзалу слышу странные звуки и доносятся они из женского туалета.

Останавливаюсь.

Прислушиваюсь.

Кому-то, судя по всему, прям плохо.

Не знаю, может помощь нужна?

Топчусь на месте какое-то время, а потом всё же решаюсь заглянуть туда. Потому как очередное буэ-э-э к этому подталкивает.

Приоткрываю дверь и вижу такую картину: Адриана Осмо стоит склонившись над раковиной.

Она, как обычно, одета так, словно раздета. Топ, мини юбка, каблуки. В левом кулаке сжимает длинные светлые волосы, потому что её тупо выворачивает.

— Мать твою, как меня уже это достало!

Заходится в страшном приступе кашля. Чуть ли не задыхается и всё, что могу в данную секунду — это достать бутылку воды из рюкзака, чтобы предложить ей.

— Эй, попьёшь? Может полегчает? — выдаю наконец своё присутствие.

Адриана открывает кран, умывает лицо и, отступив от раковины, прислоняется к стене, пытаясь отдышаться.

— Проваливай отсюда, это женский туалет, — бросает недружелюбно, но без привычной агрессии.

— Я в курсе, — осматриваю её. — Ты перепила, что ли?

Бледная какая-то и ненакрашенная, что на неё совсем не похоже.

— Да уж, если бы, — странно смеётся. — Ай-ай-ай!