– Бабушка не против того, что единственный мужчина в доме устраивает жизнь сестры лучшим образом, – уже без улыбки произнес он. – Это все.

Он направился к двери, но остановился.

– Завтра приедут гости, ты могла бы не выходить из комнаты? Не думаю, что тебе понравится весь этот шум. К такому ты не привыкла.

– Не очень-то и хотелось, – напоследок произнесла София. – Надеюсь, что завтра Иво отдаст тебе деньги.

Ромаль открыл дверь и нахально улыбнулся.

– Интересно, если я предложу ему уменьшать сумму долга каждый день на десять евро, он поторопится? Или ты останешься жить с цыганами?

София открыла рот от возмущения. Хотелось бросить что-нибудь тяжелое в этого мужчину, но под рукой были только тряпки Ясмин. Пока София кинулась за подушкой, дверь закрылась.

Девушка бросила ее на кровать и чертыхнуться. Хоть бы он не воплотил свои слова в реальность! Но даже если это так, Иво не оставит ее здесь! Он найдет выход. Она верила в него.

Правда, поступки Иво чаще ее расстраивали. Возможно, он сейчас на нее зол и какое-то время будет молчать в наказание. Он не позвонит завтра, но будет искать деньги, София верила в это.

Шум за окном стал еще громче, видимо, пришли еще несколько десятков цыган. София злилась. Слушать эти крики, их песни, галдеж, музыку, какую-то ругань совсем не хотелось. Неужели это продлится до самой ночи?

Она упала на кровать и заткнула уши руками. Ну почему окна в этой комнате выходят во двор? Тут же вспомнилась комната Ромаля: коричневые тона, тюль, который отделяет вход в комнату от жилой части, прохлада, царившая там, – строгий мужской стиль с намеком на его происхождение. Вот за его окнами точно тихо. Интересно, какой вид открывается из его окон? Лес? Сад? А может, соседний дом напротив, как когда-то было у нее?

София закрыла глаза, вспоминая юную рыжеволосую девушку, которая выглядывала в окно, выискивая взглядом цыганского парня. Внутри что-то всколыхнулось, она ощутила то самое волнение от его взгляда. Свои фантазии она помнила хорошо – желание очутиться в его сильных руках, получить его поцелуй. Тогда София ненавидела себя за подобные мысли, ругала и корила. Было стыдно признаться себе, что этот человек вызывает в ней подобные эмоции. С Иво все было по-другому… С ним было ровно, сердце не стучало в бешеном ритме, глупые фантазии не посещали ее мысли. Но знал бы он, как часто она вспоминала парня, живущего напротив. Она обвиняла его в убийстве родителей, потому что больше обвинить было некого. Так легче жить, когда тебе кажется, что ты кого-то подозреваешь. И легче жить, когда есть причина ненавидеть Ромаля Бахти. Или Анхеля. Да! По соседству с ней жил именно Анхель!

София открыла глаза, застонала и перевернулась на спину, уставившись в потолок. Сколько эта семья живет в этом доме? Пятнадцать лет? У нее есть прекрасный шанс узнать мелкие детали у Ясмин. Конечно, она была маленькой, но яркие моменты в жизни она должна была запомнить. И телефон можно попросить, чтобы позвонить Иво. Про полицию она уже не думала, стало жаль эту семью.

Вечером в ее комнату влетела Роза с подносом в руках. Девушка горбила плечи и не смотрела в глаза. Либо она презирала Софию, либо боялась. И скорее всего, второе, потому что в ее голосе не слышалось ноток презрения.

– Бабушка передала ужин, сегодня слишком много людей в доме, а Ясмин занята приготовлениями к завтрашнему празднику, – сказала она скромным, тихим голосом, склонив голову, поставила поднос и ушла.

«Надо будет найти с ней контакт, если не удастся сбежать этой ночью», – подумала София.

Когда шум стих, была уже глубокая ночь, Софию клонило в сон, но она все же дождалась своего часа. Выглянула в окно, и первый, кого она увидела, был Йон.

– Мать твою, – выругалась девушка, закрывая занавеску.

Он когда-нибудь спит? Но рано или поздно это должно было случиться. Пришлось лечь, ждать дальше, но София боялась уснуть. Как плохо без телефона! Мало того что она не может ни с кем связаться, так еще и будильника нет. Сейчас бы установила время и вздремнула. Пришлось смотреть в потолок, но сон все же одолел, и девушка уснула.

Проспав немного, она резко проснулась и вскочила с кровати, ничего не понимая. Куда ей надо? Где она? Но постепенно София пришла в себя, память вернулась, и она прильнула к окну, отодвинув занавеску. Уставилась на темную улицу, но ничего не увидела – было темно. А когда глаза привыкли, она заметила Михея. Он одиноко сидел на скамейке возле дома, смотря в сторону забора.

София отпрянула от окна, при Михее она точно не станет убегать. Чтобы Ромаль обвинил его в невнимательности? Нет, только не Михея.

София снова легла в кровать и, кажется, даже была рада продолжить сон под теплым одеялом. Она не переодевалась в ночную сорочку Ясмин, так и спала в джинсах и футболке. А вдруг повезет и она сможет убежать?!