Он направился к дому, но на полпути ему, уперев руку в грудь, преградил путь Златан:

– Я хотел с тобой поговорить, парень. – Старый цыган сунул трубку в рот и затянулся. – Если ты думаешь, что умнее меня, то сильно ошибаешься. Вчера твоя сестра уверяла меня, что у вас с Розой любовь давнишняя. Эта выходка не стала чем-то неожиданным для нее, она дала добро на твой брак. Смелый и умный поступок, встала на защиту брата. Я сделаю вид, что поверил, но где-то в глубине души я уверен, что меня развели по полной и никакой любви здесь нет.

Милош молчал, не зная, что сказать. Слова Златана, словно удавка, медленно обматывали его шею и сжимали со всей силой.

– Ты выставил моего сына дураком. Наверняка твой ход – это чистой воды продуманный план, чтобы мой Януш снова остался в стороне. Учти, эта выходка не сойдет тебе с рук, я тоже умею играть.

Златан ушел в дом, а Милошу оставалось только проводить его взглядом: ответить он не мог. Но цыган забыл, что Милош уже вырос и может за себя постоять. Как только свадьба закончится, они с Розой уедут из Нови-Пазара и забудут о Златане, как о страшном сне.

Торжество началось с песен, музыки, танцев и застолья. Розу вывели из дома в белом подвенечном платье, и Милош улыбнулся. Девушка опустила взгляд, как подобает скромной невесте, но на ее щеках играл румянец.

Жениха и невесту усадили за главный стол, как в свое время Анхеля и Софию. Мужские столы расположились напротив женских, и Йоване пришлось сесть с бабушкой Гюли. Но как только во двор забежала Шафранка, девушка подошла к ней. Йована была рада ее видеть. Они даже обнялись, как лучшие подруги. Время все расставило по своим местам. Среди гостей были и сестры Йона, а за соседним столом сидел его отец. Он с улыбкой на губах поклонился Йоване. А вот сестра Нико, та самая Тияна, на которой так и не женился Йон, не приехала – до сих пор чувствовала себя обиженной. И этот факт Йовану порадовал. Она изредка оглядывалась на соседний столик, где Йон, поднимая рюмку, смотрел ей прямо в глаза.

Потом начались танцы. Такого веселья цыгане из Нови-Сада не видели уже давно. Людей было много, от шума буквально закладывало уши. Все кричали и желали счастья молодым. Бабушка Гюли даже прослезилась, и Роза ее крепко обняла в знак утешения.

– А теперь, – прогремел голос Златана, мужчина встал в центр празднования, – самый ответственный момент всех цыганских свадеб!

Он бросил взгляд на Милоша и хитро улыбнулся, а потом продолжил:

– Жених и невеста удалятся в свою комнату. И по нашей традиции, которая перешла к нам от наших прадедов и отцов, вынесут доказательство невинности невесты – простыню. Роза же невинна? – он обратился к бабушке Гюли, которую больше удивило сомнение в благочестии ее внучки, чем само требование. Златан посмотрел на Милоша – взгляд у парня стал растерянным. Златан улыбнулся еще шире. Вот он, его победный ход в этой игре.

– Мы воспитывали наших девочек в строгости, – возмутилась бабушка.

– Внука своего вы воспитали иначе: до меня дошли слухи, что он жил в вашем доме с девушкой до брака.

– София жила в другой комнате, – строго ответила бабушка. – И мой внук – мужчина, не забывайся, Златан.

Милошу стало дурно. Он вспомнил Ясмин, их любовь, которая однажды вдруг стала плотской. Но тут же пришел в себя и подумал о Розе, боясь встретиться с ней взглядами. Он почувствовал, как она сжала его руку. Розе была нужна поддержка не меньше, чем ему.

– Вот и посмотрим, какая у вас любовь, – наклонившись, Златан прошептал Милошу на ухо. – Настоящая или фиктивная.

Молодые зашли в комнату и увидели, что узкая постель устлана лепестками роз. Цыганки старались, создали атмосферу первой брачной ночи. Даже свечи горели на комоде.

Дверь захлопнулась, и послышались смешки: это женщины предвкушали волнующее событие и переживали за невесту.

Роза стояла посередине комнаты, бледная, одинокая и беспомощная. Милош же, напротив, был зол и возмущен. Он огляделся, отмечая для себя, сколько в комнате окон и можно ли через них выйти. Возможно, получится сбежать. Но окон здесь не было.

– Ты опять живешь в комнате без окон? В прошлый раз, когда был здесь, я и не заметил.

– Окна мне не нужны. Златан переделал чулан для меня и был рад тому, что я не занимаю много места. – Роза села на кровать и заметила висящее на стене красное платье. Ее передернуло.

– В доме моих родителей ты будешь жить в самой большой комнате, – успокоил Милош скорее себя, хотя прекрасно знал, что Розе это не нужно. Она создавала свой мир, и ей там было вольготно.

Милош присел рядом, и какое-то время они сидели в молчании. С улицы доносились звуки музыки и голоса людей, и от этого становилось грустно.

– Ты можешь не переживать, – наконец произнес он, – между нами ничего не будет. Тебе не стоит бояться.