– Мы не чтили традиции в тот раз, давай это сделаем хотя бы сейчас, – напомнил ей Анхель, и София согласилась.

Она пойдет на все, только бы выносить этого малыша. Но сидеть без дела было сложно.

– Сейчас мы в других обстоятельствах. Мы во всем ограничены, и моя помощь в быту необходима.

– Ты думаешь, я не справлюсь? Сварить кашу я в состоянии.

Анхель продолжил рубить бревна, чтобы обновить забор, а она пришла в замешательство от его слов. Пусть думает что хочет, но без дела она сидеть не станет.

А потом она смотрела на мужа через окно их маленького, но уютного домика. Надо же, несколько лет тому назад она наблюдала эту же картину – в то время Анхель казался ей далеким и нереальным. Потом она смотрела на него из окна их дома в цыганской деревне. Всегда один и тот же вид, сводящий с ума: каждый мускул на теле этого мужчины создан, чтобы восхищаться.

– Прекрасная девушка, – с улыбкой произнес Анхель, заметив ее в окне. Он опустил топор и вытер лоб тыльной стороной руки. – Ты подсматриваешь?

А она хотела его и ничего не могла с собой поделать. С беременностью гормоны словно стали жить своей жизнью. Но нельзя! Нельзя! Однажды они уже нарушили закон о неприкосновенности, и, возможно, предки их за это и покарали. Пришлось отойти от окна и поискать себе какую-нибудь работу, чтобы отвлечься.

В доме, несмотря на его маленькие размеры, царили уют и тепло. Были свет и даже холодная проточная вода, потому что недалеко находилось озеро. К нему они ходили каждый вечер – это уже становилось традицией.

– Здесь очень спокойно, – прошептала девушка, сжимая руку мужа. Она глубоко вдыхала чистый горный воздух, который кружил голову. А может, голова кружилась совсем не от этого? И почему-то обратно домой Анхель нес ее на руках.

В комнате София прижалась к нему и, обнимая, прошептала:

– Надо решить, куда поставим кроватку. – Она пальцем указала на место рядом с мужем: – Пусть стоит около нашей кровати. Хочу слышать ребенка, даже когда он будет спать.

– Будем слушать его дыхание. Или, напротив, пока он спит, будем пользоваться моментом и… – Он потянулся с поцелуем, и София была совсем не против его получить. Их губы соприкоснулись, и это единственное, что они могли себе позволить. Просто поцелуй, ласки… Ей нравилось наблюдать, как пальцы Анхеля медленно прикасаются к ее губам, потом скользят по подбородку к шее, вызывая учащенное сердцебиение и желание закрыть глаза, ощутить его губы. Он исполнял ее желание, иногда мучил, смотря в глаза. Его пальцы нежно скользили ниже, касались набухших сосков, вызывая возбуждение в трижды больше. И вот теперь за сердцем не поспевало дыхание.

София была словно фарфоровая кукла в руках мужчины, которой хотел ее каждой клеточкой своего тела, но при этом боялся к ней прикоснуться. София стала запретна, хотя сманивала его на грех по несколько раз за день.

– Нам надо сходить к врачу. Хочу убедиться, что с тобой и с ребенком все в порядке.

София боялась этого момента. Последний раз, когда они были у врача, ей поставили бесплодие. А теперь она снова беременная. И как теперь можно верить этим докторам?

– Обними меня крепко, – шептала она, протягивая руки, и Анхель подхватывал ее, прижимая к себе. Она словно боялась проснуться, очнуться снова одинокой женщиной, которая потеряла малыша и мужа.

Они не стали затягивать с визитом к врачу – поехали в город уже через неделю.

– Не переживай, я буду с тобой. – Анхель вел машину, но держал руку Софии в своей, чтобы разделить ее волнение. – Ты беременна, и это чудо! Уже точно не рассосется.

Она впервые за утро улыбнулась. Он прав: надо думать о хорошем, о будущем, строить планы, покупать вещи для малыша…

В небольшой клинике принимала только один врач – Мона Абулгар. Египтянка по национальности, она жила в Сербии уже десять лет. Врач показалась Софии весьма приветливой.

– Я вас приглашу, мистер Бахти. – Мило улыбнувшись, доктор Абулгар повела Софию в кабинет, и тот согласно кивнул, понимая, что однажды уже видел эту картину. Только не хватало плакатов с беременными и кормящими матерями, развешанных на стенах. Вместо этого повсюду висели картины цветов. И, хоть обстановка не так нервировала, он по-прежнему не находил себе места. Ходил, сцепив руки сзади, туда-сюда, меряя шагами коридор.

Прошло минут тридцать, прежде чем дверь открылась и его пригласили внутрь. И эту картину он тоже видел! Только сейчас, наученный опытом, он первым делом взглянул на Софию… Жена улыбалась, ее глаза светились от счастья, и впервые за долгое время Анхель спокойно выдохнул. Все замечательно! Его губы растянулись в улыбке, он присел рядом, беря теплые руки жены в свои. Ее взгляд был ясный, в глазах читалось спокойствие.

– Мистер и миссис Бахти, – начала говорить доктор, привлекая внимание. Она сидела напротив них точно так же, как однажды сидел доктор Павич, – у меня есть результаты УЗИ. Возник вопрос, который нужно обговорить.