Будем надеяться, что это дерьмо хотя бы наполовину так же хорошо, как то, что дал нам Джастис. Судя по усталости, которая медленно разливается в моих мышцах, я бы сказала, что действие почти прошло.

Мое внимание привлекает движение сбоку, и снова появляется это серебристое мерцание.

Ставя пустую маленькую черную бутылочку на стойку, я следую за серебристой вспышкой в дверях, но, переступив порог, останавливаюсь. На заднем дворе, сад мерцает от маленьких светлячков, которые выглядят как светодиодные фонари. Они, вероятно, являются светодиодными фонарями. Цветы на кустах переливаются розовым, желтым и фиолетовым, а небольшая дорожка, ведущая к освещенному бассейну, переливается ярким оттенком слоновой кости. Обнаженная девушка направляется ко мне, ее кожа блестит. А светлые волосы спадают на подтянутую задницу, и, проходя мимо меня, она одаривает меня легкой ухмылкой. Я едва успеваю сосредоточиться на ней, как останавливаюсь, мои ноги приросли к земле.

Подождите-ка.

Собиралась ли я следовать за ней в надежде увидеть Найта? Но разве слежка за его братом, потому что я убеждена, что Крид — его брат, не была бы более эффективной? Почему я следую за незнакомкой?

Я разворачиваюсь, чтобы вернуться внутрь, задыхаясь, когда сталкиваюсь лицом к лицу с красавцем.

Трахни меня, какой он горячий. Если бы у Джека Фроста и Эльзы, взрослой версии, был ребенок, им был бы этот парень. Его волосы почти серебристого цвета, его глаза почти того же оттенка, как и мои.

— Привет, — мои щеки пылают.

Ладно. Мне действительно, действительно нужно потрахаться. Я никогда в жизни так сильно не краснела. На самом деле, я блядь, не краснею. Я получаю то, что хочу, и ухожу. Секс для меня — сделка. Это наслаждение теми минутами или часами, когда все их внимание сосредоточено на тебе. Только на тебе. Возможно, у мужчин проблемы с разговорами, но если ты спросишь меня, секс — самое близкое к волшебству чувство, которое ты можешь испытать. Настоящее волшебство. Не эта его состряпанная, вызванная наркотиками версия.

— Привет, — он ухмыляется, делая осторожный шаг в мою сторону. В этот момент я болезненно осознаю, насколько это похоже на то, чтобы быть добычей. — Тебя зовут Лондон.

Он слегка отступает.

— Так и есть.

Мои ноги решают следовать за ним, как будто он надел ошейник мне на шею и ведет на поводке.

— А ты кто такой?

Не глядя, он лавирует сквозь толпу, которая не обращает на нас внимания, и я иду тем же путем, останавливаясь перед шаром горящего пламени, обжигающего мою щеку, когда он проноситься мимо нас. Это действительно хорошая имитация. Она даже излучает тепло.

Движение за ним привлекает мое внимание, и мои глаза встречаются с еще одним оттенком синего.

Симпатичный парень, похожий на плюшевого мишку, ухмыляется, склонив голову набок, но затем другой отвечает на мой вопрос.

— Меня зовут Сильвер.

Мой взгляд резко поворачивается к его голове.

— Подожди, серьезно? Тебя зовут Сильвер? Что это еще за дерьмо про Гарри Поттера?

Из-за камина доносится низкий смешок, и я снова ненадолго встречаюсь взглядом с этими голубыми глазами, но быстро возвращаюсь к другому.

Сильвер улыбается, и это приятная улыбка, кокетливая и располагающая.

— Если бы у Гарри Поттера был десятидюймовый член.

Я не утруждаю себя тем, чтобы скрыть свою усмешку.

— Для меня это был бы Драко.

— Значит, фанатка?

— Что я могу сказать? — моя голова наклоняется, когда я позволяю себе рассмотреть, во что он одет. Повседневные джинсы, джорданы и чистая белая футболка. — Я скрываюсь в темноте.

Его губы растягиваются, и я поднимаю руку, чтобы заправить волосы за уши, чтобы удержаться от того, чтобы не протянуть руку и не коснуться его, как я это сделала с Кридом.

Господи, сегодня я нуждающаяся сучка.

Взгляд Сильвера останавливается на повязке вокруг моей ладони, и он хмурится.

— Что это?

Я пожимаю плечами, размахивая ню перед ним.

— Ах, это было то, что происходит, когда я отвлекаюсь. Пара небольших ран от вчерашнего камня. Ничего особенного.

Внезапно он бросается вперед, беря меня за запястье, и я вздрагиваю от жара, который пронзает мою ладонь, когда он прижимается к ней.

Я вырываюсь из его хватки, и он поднимает руки в воздух, сдаваясь.

— Что за черт? — я свирепо смотрю. — Сказала же, что порезалась.

— Нет, я так не думаю.

Моя голова откидывается назад.

— Что, прости?

Сильвер борется с усмешкой, и я понятия не имею, почему он и голубоглазый смеются вместе.