– Мамочка любит тебя баловать, а?

Джастин ухмыляется.

– У тебя есть квартира? – взвизгивает Мэдисон. – Ой, точно, Нейт что-то об этом говорил.

– Да, мама подарила мне квартиру в городе, недалеко от университета.

Она опускает глаза, нервно теребя пальцы.

– Ты собираешься учиться в Нью-Йоркском университете?

Я пожимаю плечами.

– Возможно. Там училась моя мать, ее отец и так далее.

Звонит телефон Мэдисон. Она смотрит на экран, а затем спрыгивает с дивана.

– Мне нужно домой.

Я смотрю на Джастина, которому точно известно, почему я держу здесь Мэдисон. Чтобы Нейт не рассказал ей о том, что должно случиться на этой вечеринке.

– Я тебя отвезу.

Если Нейт взбунтуется и все ей расскажет, это только усугубит его наказание.

Я поднимаюсь по ступенькам и хлопаю дверью.

– Папа! – кричу я, направляясь прямо к его кабинету.

Он стоит, прижав к уху телефон, но, услышав открывающуюся дверь, переводит взгляд на меня.

– Я перезвоню.

Я тяжело дышу.

– Эта девушка.

– Да? – он кажется заинтересованным.

– Это та девушка, которую ты показывал мне много лет назад, не так ли?

Ухмылка отца становится шире.

– Ты ее видел? Она учится в твоей школе?

Я киваю.

– Да.

– Тогда ты знаешь, что тебе нужно сделать.

– Ты ее не видел?

Папа качает головой.

– Только когда ей было около десяти лет. А что? Она некрасивая? Не твой типаж?

– Вроде того, – вру я. – Я сделаю то, что должен.

По пути домой я останавливаюсь у магазина, чтобы забрать подарок для Бишопа. Честно говоря, в нем нет ничего особенного, и, возможно, ему это даже не понравится, но сейчас этот подарок занимает все мои мысли.

– Нейт!

Мне не хотелось возвращаться. За последние пару дней мне понравилось жить вдали от дома – или просто нравилось быть рядом с Бишопом. Не знаю, в какой из двух причин дело. Наверное, в обеих понемногу.

– Привет, котенок, – отзывается Нейт, спускаясь по лестнице.

Я поворачиваюсь к нему лицом.

– Привет!

Затем я вытаскиваю свой телефон.

– Папа написал мне и сказал, что созывает какое-то собрание?

Нейт одаривает меня натянутой улыбкой – на самом деле сейчас все его лицо было очень напряженным.

– Ага. Это связано с возвращением твоей мамы и прочим дерьмом.

– Где она?

Я иду на кухню – мне необходимо выпить. Я имею в виду молоко, а не алкоголь. Обнаружив в холодильнике шоколадное молоко, я достаю его и вынимаю из шкафа стакан.

Нейт выдвигает один из барных стульев.

– Она тоже будет на собрании.

– Что? – возмущаюсь я. – Нейт, я не хочу ее видеть – больше никогда в жизни. Пусть эта шлюха и дальше изображает мертвую, я не возражаю.

– Прекрасно, Мэдисон. Приятно слышать плоды воспитания твоего отца.

Не отрывая взгляда от Нейта, я продолжаю как ни в чем не бывало пить прохладное молоко.

Допив, я ставлю стакан на стол.

– Кто-то что-то сказал? – спрашиваю я Нейта, продолжая ее игнорировать.

Отвернувшись, он едва сдерживает смех.

– Мэдисон, милая, пойдем.

Жестом руки папа указывает на гостиную. Интерьер нашего дома куда более классический, чем у Бишопа. Гостиная, украшенная тремя большими белыми колоннами, располагается сразу же за кухней – да и в целом наш дом чем-то напоминает мне современные греческие поместья.

– Ты в порядке, милая? – спрашивает Елена, обнимая меня за плечи.

Еще с нашей первой встречи я к ней по-настоящему прониклась. Она была очень похожа на Нейта. Теплая и располагающая. В Елене было нечто, что вызывало желание как можно дольше находиться с ней рядом.

– Я буду в порядке, когда она уйдет.

Губы Елены сжимаются.

– Я понимаю, Мэдисон. Мне очень жаль.

Я слегка улыбаюсь ей, оценив, с каким достоинством она приняла бывшую моего отца, внезапно восставшую из мертвых. Должна признать, что с этим она справилась куда лучше меня. Я сажусь на диван, а Нейт вытягивается рядом, приобняв меня и положив руку мне на затылок. На первый взгляд, он расслаблен, но я могу с уверенностью сказать, что в любую нужную секунду он готов наброситься на мою мать – это заставляет меня еще сильнее его любить.

– Мы можем ускориться? У меня была непростая ночь.

Нейт слегка напрягается, но я игнорирую это, желая как можно скорее разобраться со всем этим дерьмом.

– Мэдисон, во-первых, мы с твоим отцом никогда не хотели, чтобы ты нас ненавидела. Мы…