— Когда я бродил по стенам твоего дома, Сиара, — признался он. — Да, мы встречались. Я был там, когда твой отец убил Фьюри, и когда он умер, меня освободили. Ты была маленькой, и всё же твоя душа видела мою. Ты сказала, что видишь меня, и впервые кто-то действительно заглянул в мою древнюю душу. С того момента я знал, что ты станешь моей парой; Судьба связала нас. Она была там и наблюдала. Я просил её отдать тебя мне, потому что в глубине твоих невинных глаз видел женщину, которой ты станешь. Я знал, какую боль ты перенесёшь, какие травмы испытаешь, а вместе с ней и женщину, которой станешь. Я видел тебя, как и ты видела меня. Души не лгут и никогда не забывают.

— А Блейн знает, что я ношу его ребёнка? — спросила она.

— Нет, он узнает, когда ты будешь готова, душа моя.

— Будет ли наш ребёнок невосприимчив к бедам земли? Царство сломлено, и Дану ослаблена; она не может помочь ребёнку быть благословлённым древом.

— Наш ребёнок не от этого мира, — ответил он, опустившись на колени и нежно коснувшись живота и пристально смотря на неё. — Наш ребёнок не фейри, а одно из первых существ, населяющих эту землю. Ты носишь в своём чреве нечто, не похожее ни на что, что когда-либо знал этот мир. Ребёнок, благословлённый Богами и теми, кого Дану и её друзья создали первыми, но в отличие от них, он будет абсолютной властью. — Его улыбка стала злобной.

— Я ношу дракона-полубога, — тихо произнесла она.

— Ты вынашиваешь хаос, смешанный с огнём, рождённый самими Богами, как и я. В отличие от моего носителя, твой ребёнок будет чистокровным и сильным сам по себе, без необходимости перекидываться. Мой хозяин жаждет вкусить тебя, как и я, моя душа, — сказал он, вставая, а чешуя покрывала его плоть. — Дай мне руки и прими меня. Теперь мы едины навсегда.

— Ты напряжён, — пробормотала она, вложив свои руки в его.

— А ты прекрасна, и горишь огнём ярче всего на свете. Ты удивлялась, почему он может прикасаться к тебе, почему ты позволяешь это. Из-за меня, потому что я познал твою душу раньше, чем твою боль. Позволь нам исцелить тебя, позволь смыть боль прошлого и показать наслаждение плоти и сердца. Позволь нам быть частью тебя, моя храбрая девочка. И обещаю, что ты исцелишься от того, что твой отец сделал с твоим разумом.

— Мне кажется, ты не понимаешь, что этот монстр сделал со мной, — честно ответила она, и всё же почувствовала тепло его рук. Он стоял, медленно проводя пальцами по её животу и глядя в глаза.

— Он разобрал тебя на части, но не смог коснуться того, что хотел сломать, потому что ты уже несла в себе что-то от меня. В тот день, когда он нашёл мою метку, последний раз прикасался к тебе. Он знал, что никогда не прикоснётся к тому, что делало тебя моей, к тому, что заставляло тебя светиться фиолетовым цветом, в то время как никто из твоего рода был иным. Судьба бежала по твоим венам, наша судьба, которая уже была запечатлена в звёздах, — пробормотал он, наклонившись, чтобы завладеть её губами в поцелуе, который лишил мыслей и дыхания, а воспоминания крутились в голове. Сиара вспомнила выражение удивления в глазах отца до того, как безумие охватило её, и он разорвал её на части. Злые слова, когда он пытался убить её, даже то, что он превратился в зверя. Наказанием зверя должна была стать её смерть, его прикосновение должно было убить, но она осталась целой. Он не мог убить её, и пытался… пытался убить собственного ребёнка. Что бы он ни увидел на её грудной клетке, это вызвало такое безумие, какого она никогда не видела. Но не смог убить её, даже при помощи зверя.

— Ты… ты защищал меня. Почему? — прошептала она.

— Потому что королю нужен кто-то, кто понимает его боль, кто может принести мир его душе, — тихо ответил он. — Ему нужна сильная пара, а ещё ты нужна мне. Мне нужно, чтобы ты родила моего ребёнка, который поможет спасти этот мир. Я родился не здесь, но теперь это мой дом, и пришло время исцеления. Ты принесёшь драконам покой, но более того, исцелишь их души. Ты выжжешь ненависть, которая поглотила их после того, как твой отец убил их родных. Твой свет проведёт их через это, и твоё сердце исцелит их.

— Почему ты не спас их? — спросила она с жаром. — Ты мог бы остановить моего отца, так почему же не сделал этого.

— Потому что не моя судьба спасать драконов, а твоя.

Сиара вздрогнула и покачала головой.

— Я девушка, которая даже не начала жить, потому что боюсь попытаться. Я слаба, дракон.