Отправив файл шеф-редактору, Кэтрин с чистой совестью допила остывший кофе и отправилась в душ. Остаток вечера провела на диване перед телевизором, поедая мороженое и запивая сладость сухим красным вином. Не в силах сосредоточиться на происходящем на экране действе, девушка то и дело заглядывала в телефон. Листала ленту новостей, проверяла входящие сообщения и отклики на последнюю статью.

«Как дела?» — махнув по всплывшей смске от Бойда, Кэтрин непроизвольно улыбнулась и послала в ответ радостный смайлик, прикрепив тот же файл, что ранее отправила Дэбре.

«Можешь смело критиковать», напечатала она спустя минуту и буквально замерла в ожидании. Прошло минут двадцать, прежде чем экран гаджета снова вспыхнул.

«Это шедеврально, Кэйт. Чувствуется рука мастера.»

Девушка рассмеялась, прижимая ладони к раскрасневшимся щекам и радуясь как ребенок. Сэм, конечно же, не эксперт в области развлекательной литературы, но его мнение имело для нее огромный вес. Хотя бы потому, что он не станет врать, если ему не понравится ее творение.

«Какой из меня мастер? Ты никудышный льстец».

«А я имел в виду не твою руку. Роберт Миллер может годиться своей поклонницей».

«Откуда ты знаешь? Ты же его не читал.»

«Две» — прилетел быстрый ответ. Кэтрин озадаченно уставилась на экран, с трудом представляя Бойда с книгой Миллера в руках.

«Не верю», — отправила она.

«Со вчерашнего вечера я всерьез подсел на твоего гения. За ночь осилил «Инстинкт». Час назад закончил «Паттерн^[2]» и начал «Сигнатуру^[3]». Ты в курсе, что твой Миллер психически больной?»

«Он — талант, а ты не врач, чтобы ставить диагнозы.»

«Мне довелось изучить целые тома судебно-психиатрических экспертиз. Так что ты зря недооцениваешь мою осведомлённость в данном вопросе.»

«Если так рассуждать, то всех авторов, пишущих в жанрах детектив, триллер и хоррор, можно заподозрить в безумии.»

«Стоп, я не говорил о безумии. Описание своих нездоровых фантазий на станицах книг как раз может являться способом борьбы с имеющейся девиацией. Далеко не все грезящие об убийствах садисты становятся серийными маньяками.»

«Признайся, что ты просто ревнуешь.» — Кэтрин послала смеющийся смайлик.

«К нему — точно нет.»

«Начитался слухов, что Миллер умер?»

«Версия рабочая. Новинки из-под его пера не выходили больше четырех лет».

«Горгона сотрудничает с издательством, в котором печатается Миллер, и утверждает, что контракт с автором все еще действует. Скажу больше, его литературный агент запустил закрытый конкурс по всем крупным издательским домам на вакансию личного ассистента.»

«Для себя или для Миллера?»

«Этого я, увы, не знаю, но явно намечается что-то грандиозное.»

«Не хочешь поучаствовать?»

«Шутишь? Это моя мечта». — протяжно вздохнув, девушка отправила плачущую рожицу. — «Недосягаемая для внештатных сотрудников».

«Хочешь, я приеду и подниму тебе настроение?» — резко сменил тему Бойд. Пальцы Кэтрин в сомнении зависли над экраном, и пока она раздумывала, прилетело новое сообщение:

«Ничего неприличного. Просто почитаем вместе.»

«Почитай вместе с Хелен, Сэм. Доброй ночи.»

«Доброй. Завтра созвонимся.»

Обиделся. В глубине души ей и самой хотелось, чтобы Сэм приехал, но раз она решила, что их отношениям необходимо вернуться во френдзону, любые отклонения от плана под строгим запретом.

В эту ночь Кэйт спала крепко, без сновидений, но утро встретило ее жуткой головной болью. Прохладный душ, таблетка аспирина и горячий кофе не спасли. С каждой минутой становилось только хуже. Височные доли буквально взрывались от пульсирующих спазмов, к горлу подкатывала тошнота и немного знобило.

Кэтрин в который раз поклялась себе, что исключит алкоголь как минимум на месяц и, облачившись в трикотажный спортивный костюм, отправилась на прогулку. Может быть, свежий воздух снимет боль и прояснит подернутый туманом разум.

Тем более на улице сегодня намного прохладнее, чем накануне. Палящее солнце скрылось за серыми дождевыми тучами, где-то вдалеке грохотал гром. В парке пахло влажной травой, верхушки деревьев шелестели сочной листвой, а стайки птиц парили гораздо ниже, чем обычно, что указывало на близость дождя.

Подставив лицо остужающим потокам ветра, Кэтрин и правда испытала облегчение. Купив стаканчик чая и пончик в уличном кафе, она устроилась на лавке под навесом. Вспомнила вчерашнюю переписку с Сэмом и задумалась о чем-то своем.

Дождь заколотил по прозрачной крыше навеса, мелькнули разряды молний. Гроза ее не пугала. В детстве, когда бабушка Кэтрин была еще жива, они часто выходили во время грозы на балкон и заворожено наблюдали за буйствующей стихией. Вдыхая запах озона и мокрого асфальта, Кэйт испытывала странное необъяснимое волнение. Иногда ей хотелось выйти под проливной дождь и побежать босиком по лужам. Нестись наперегонки с ветром, ловя губами крупные дождевые капли.

Куда?