Кэтрин не забыла, что раньше, на пике популярности, в богемных кругах и в закрытых чатах ходили слухи, что никакого Роберта Миллера не существует, и все нашумевшие экранизированные бестселлеры написаны Клэем Тёрнером, его литературным агентом. Эта теория подкреплялась полным отказом самого автора от публичности и тем, что вся информация о личности Миллера держалась в строжайшем секрете. Во всемирной сети нет ни одной фотографии писателя, ни одного интервью. Неизвестен даже его возраст и национальность. Неудивительно, что многие до сих пор считали загадочную персону Роберта Миллера маркетинговым проектом, созданным крупнейшим издательством страны.

Сама Кэтрин в эту версию не верила, хотя на первых порах, начитавшись многочисленных сплетен, испытывала некоторые сомнения, но со временем они полностью развеялись.

— Последний вопрос, Кэтрин, — напомнил о себе Тёрнер. Что? Уже?

— Буду рада ответить, — она вскинула подбородок, стоически выдержав проницательный цепкий взгляд. В абсолютно черных глазах не отразилось ни одной эмоции. Жуткое зрелище, при этом маняще красивое. Есть в нем что-то одновременно отталкивающее и притягательное, что вызывало диссонанс и подсознательный страх. Испытав на себе весь спектр гипнотического влияния Клэйтона Тёрнера, девушка невольно поежилась.

— Ты не лукавила, сказав, что готова умереть за автограф Роберта Миллера?

Что? Что, черт возьми? Кэтрин оторопело застыла, растерянно хлопая ресницами, и если бы уголок мужских губ не дернулся вверх в улыбке, она бы всерьёз поверила, что Тёрнер не пошутил.

— Я сказала, что готова отдать жизнь, а не умереть, — выдохнув, поправила Кэйт.

— А разве это не одно и то же? — прищурившись, мужчина чуть склонил голову набок, и девушка заметила неровный глубокий шрам на левом виске Тёрнера. Кэтрин готова была поклясться, что раньше его там не было.

— Нет, — категорично ответила она.

— Если ты отдашь кому-то свою жизнь, он будет в праве ею распоряжаться по своему усмотрению. Так?

— Да, — неуверенно кивнула она, не до конца понимая, что за психологическую игру затеял с ней Тёрнер.

— То есть он сможет ее отнять.

— Теоретически, но я не это имела в виду…

— Ты должна быть готова к любому повороту событий, Кэти, — сократив ее имя, он без спроса вторгся на запрещенную территорию, а это было недопустимо. Девушка стиснула зубы, с трудом удержавшись от желания огрызнуться и поставить бесцеремонного провокатора на место. Вероятно, именно такой реакции он от нее и ждал.

— Меня зовут Кэтрин, мистер Тёрнер, — сухо произнесла она.

— Мы это обсудим, — мужчина коротко кивнул и жестом указал на дверь. — Еще увидимся, Кэти.

Из отеля девушка вылетела как ошпаренная. От испытанного напряжения ее колотило, сердце тревожно трепыхалось, в горле стоял ком. Она поймала первое попавшееся такси и, нырнув в салон, сжалась на заднем сиденье, на пару секунд потеряв связь с действительностью. Затем так же резко собралась и продиктовала водителю адрес своего дома. Ей безумно хотелось смыть впечатления от встречи с Тёрнером. Желательно под горячим душем. Этому человеку удалось за несколько минут общения вызвать в ней целый шквал не самых приятных эмоций. Пытался ли Тёрнер намеренно ее напугать? Вряд ли. А вот выбить из зоны комфорта и понаблюдать за реакцией — вполне вероятно. Ему удалось и то, и другое.

Давненько с ней такого не случалось. В жизни Кэтрин хлебнула столько дерьма, что в какой-то момент утратила восприимчивость к бесконечным неприятностям и перестала бояться новых ударов. Вставала с колен, отряхивалась и, стиснув зубы, упорно продолжала идти вперед.

Сэм утверждал, что все ее беды от неумения находить общий язык с людьми, в отсутствии гибкости и в игнорировании советов тех, кто искренне желает Кэйт добра, но она была с ним в корне не согласна. Человек не рождается с тяжёлым характером, таким его воспитывает общество, в котором он набирается опыта. Не ее вина, что она выросла такой… сложной. Не повезло с учителями. Так бывает и довольно часто.

Кэйт не питала иллюзий на свой счет, знала все недостатки и, несмотря ни на что, была уверена, что достойна лучшего, чем имела сейчас. У нее есть цель, амбиции и необходимые навыки для достижения успеха. Ответственная, образованная, дисциплинированная, готовая работать сутками во благо дела, в которое верила, но ей чудовищно не везло. Принципиальность, перфекционизм и прямота всегда воспринимались окружающими в штыки. Такие, как Кэйт, раздражают и вызывают неприязнь у тех, кто привык плыть по течению. Осознав это, Кэтрин искренне пыталась подстроиться, но любое столкновение интересов срывало не по размеру надетую маску и все заканчивалось очередным увольнением.

Может, в доводах Сэма имеется смысл, и она просто не создана для коллективной работы? Но ей же удалось продержаться почти целый год в «Глобал Пресс». Кэйт была в шаге от получения постоянной должности и сдаться сейчас — недальновидно и глупо.