Она не знает и не понимает, что это такое – любить своего соулмейта или, в ее случае, – соулмейтов. Но мы с братьями знаем, и наша связь крепнет с каждой минутой.

– Спасибо, – с гордостью говорит Осет, проводя ладонью по укрытому доспехами животу, будто она вдруг занервничала и не знает, что делать с руками. – Это слово не может до конца выразить, что я чувствую, – продолжает она, касаясь ладонью груди, – но пока спасибо. – Ее лунные глаза снова влажно блестят.

«Пока» – я проигрываю это слово в своей голове, но только киваю, не желая смущать Осет еще больше. И она расслабляется. Это хоть и не слишком явный, но признак доверия, и я еще больше уверяюсь, что мой Лунный Лучик никуда не уйдет. И я чувствую, что все сделал правильно – ее напряжение и неуверенность, которые, кажется, преследуют ее постоянно, все же отступают.

Я украдкой бросаю еще один быстрый взгляд в зеркало и вижу, как Осет прячет свою уязвимость и позволяет своей внутренней тьме сплести вокруг нее новый непроницаемый кокон. Она превращается в безжалостную охотницу, с которой мы с братьями познакомились в первую ночь Торгов. И я с нетерпением жду, когда она начнет охотиться вместе с нами. Возможно, пока она еще не согласилась вступить в наш Орден, но если она передвигается как «скорпион» и убивает как «скорпион»…

– Нам пора возвращаться. Тарек еще должен наложить на нас чары перед выходом. Сейчас он, наверное, вышагивает по кухне и уже готовится прочитать нам лекцию о том, что опаздывать нехорошо, – дразнюсь я.

Игриво хмыкнув, я протягиваю руку Осет – хочу пойти домой с ней, держась за руки.

Она смотрит на меня с минуту, затем полушутливо отдергивает руку и проходит мимо меня.

Я смеюсь: другого и не следовало ожидать. Я могу упиваться стонами моего Лунного Лучика, засовывая язык ей в рот и шаря руками по всему телу, но если буду обращаться с ней как с хрупкой сахарной барышней, она точно воткнет мне кинжал в какое-нибудь неожиданное место.

Она идеальна.

И пусть идет впереди – жаловаться я не стану. Зато так я смогу полюбоваться ее изящной попкой, пока Осет изо всех сил старается показать мне, кто здесь хозяин.

Я вздыхаю, как влюбленная малолетка. Осет не отрицает, что она уже одна из нас, но мне безумно хочется, чтобы она поскорее стала «скорпионом» официально.

Черт. Никогда еще мне так не хотелось, чтобы охота закончилась.

«Сегодня вечером», – уверяю я себя и иду за своим Лунным Лучиком. И буду следовать за ней, куда бы она ни пошла, до конца своих дней.

Тарек что-то шепчет, и яркий свет ламп, висящих высоко на стенах, тут же тускнеет. Тут же тени выползают из углов и начинают заполнять собой все пространство парадной.

Передо мной – две большие двустворчатые двери, всегда закрытые, а за спиной у меня лестница, ведущая в комнаты и кабинет.

Тарек берет со столика пучок курительных трав, и я начинаю нервничать. С его губ срываются новые и новые тихие слова, и я сдерживаюсь, чтобы не наклониться поближе и не попытаться разобрать, что он говорит.

Вопросы неустанно роятся в моей голове, пока Тарек выполняет ритуал, который он проводит перед каждой охотой. Завершающая его часть – это наложение чар.

Я завороженно слежу за каждым его движением, замечаю подергивания бровей, взмахи рук и последовательность его шагов, чтобы потом расспросить обо всем этом.

Риалл и Курио терпеливо ждут, пока Тарек тихонько бормочет и чертит пучком трав в воздухе невидимые нам, но понятные ему узоры.

Каждый из «скорпионов» полностью экипирован, их обсидиановые доспехи и оружие выдают в них торговцев смертью. Я никогда ничего подобного не видела, от этого дух захватывает.

Мне все время казалось, что, когда речь заходит об этих трех мужчинах, я словно оказываюсь на краю пропасти. Но если быть честной – а сейчас я должна быть честной с собой, – думаю, я уже шагнула с этого края. Не могу сказать, падаю я или лечу, но то, что я шагнула вниз, уже не изменить. Я приземлюсь там, где приземлюсь, и разберусь с последствиями – какими бы они ни были.

Тарек переходит от Риалла ко мне, и я задерживаю дыхание, когда он обмахивает меня своим тлеющим пучком. Густой травяной аромат собирается в маленькие облачка, они окружают мое лицо. Я не уверена, что входит в состав этой смеси. Кажется, я чувствую мускусный аромат можжевельника, но он более густой и влажный.

Я чувствую, как белый дым прилипает к моим внутренностям, этот сладковатый туман ждет и готовится к тому, что Тарек собирается делать дальше.

– Сначала я наложу чары на остальных, чтобы ты могла понаблюдать за этим и понять, чего ждать, – говорит мне Тарек, и я так удивляюсь, когда понимаю, что он действительно говорит со мной, произнося вслух слова, которые я могу распознать, что просто стою и пялюсь на него, пока до меня наконец не доходит смысл сказанного.