На каждое движение его бедер Лидия отвечала своим. Ею владела такая же необузданность. Она кусала Рунна за шею и грудь. Каждый толчок рушил его внутреннюю стену. Рунн чувствовал, что готов умереть от удовольствия.

Потом голова Лидии запрокинулась, мышцы, удерживавшие его член, сжались, и ее захлестнул оргазм. Мгновением позже оргазм накрыл и Рунна. Там, где находился его член, стало жарко и очень мокро. Первозданная, животная часть личности Рунна ликовала, наслаждаясь выбросом семени. Лидия принадлежала ему, он принадлежал ей. Существовало слово, обозначающее эту принадлежность, но Рунн никак не мог его вспомнить.

Лидия затихла, прислонившись к нему. Их тела превратились в переплетение рук и ног. Его член все еще оставался глубоко в ней. Каждый ее выдох обдавал жаром его грудь. Рунн гладил спину Лидии и не мог остановиться.

Она была рядом с ним. И он рядом с ней.

Пока Урда позволяла им это.

Лидия лежала в объятиях Рунна. Проходил час за часом, но она даже не пыталась уснуть.

Исполнилось то, чего она хотела, в чем нуждалась, и все благодаря единению с Рунном. Никогда еще она не чувствовала себя такой защищенной. Никогда еще ею так не восхищались. Однако разум безжалостно напоминал, что ее сыновья находятся в руках астериев. В руках Поллукса.

Время тянулось. Лидия старалась заглушить мысли о пытках, каким астерии могут подвергнуть Бренна и Актеона. Таким же пыткам она подвергала множество своих жертв.

Теперь наказание обрушилось на нее. Боги наказали ее за все гнусности и жестокости, которые она когда-либо совершала.

Рунн шевельнулся во сне. Лидия теснее прижалась к нему, вдыхая его запах и наслаждаясь силой его тела.

Усилием воли она в который раз приказала себе не думать о завтрашнем дне.

Наутро их неприметный фургон стоял уже в одном из тихих пыльных переулков Вечного Города. Вся группа пряталась внутри. Лидия сидела с каменным лицом, прислонившись к металлической стенке. Взглянув на нее, Рунн пододвинулся ближе.

Ночью она практически не спала. Рунна это не удивляло, но ему было больно смотреть на ее изможденное, осунувшееся лицо. Когда они покинули конспиративный дом и перебрались в фургон, он старался находиться к ней поближе и утешал, как мог.

– Осталось совсем немного. – Он коснулся ее колена. – Час или чуть больше. И потом мы двинемся ко дворцу.

За этот час Деклан убедится, что внимание астериев всерьез поглощено скандальным видео, вовсю гуляющим по новостным агентствам и электронным сетям. Он несколько раз проверял обстановку. Медиапространство гудело. Видео крутили на каждом новостном канале, не говоря уже о социальных сетях. Дек сумел проникнуть в имперскую сеть и узнал, что астерии и их советники созывают экстренное совещание, где будут обсуждать стратегии противодействия «выпаду мятежников». Сильнее всего население Мидгарда всколыхнуло известие о паразите, которым астерии отравили воду планеты. Едва ли не на каждом канале обозреватели живо обсуждали эту новость. А кадры, где Брайс убивает Микая, ее утверждение о причастности архангела к гибели Даники и Стаи Дьяволов…

Имперская сеть почти сразу же заблокировала эти кадры, но было поздно. Запись разошлась по частным серверам, ее успели скачать на мобильные телефоны. Ошеломляющие кадры смотрели и обсуждали повсюду. Имперские тролли пытались объявить запись фальшивкой, строчили комментарии о «видеоманипулировании», но Дек пустил в сеть и другую запись, сделанную уличными камерами Лунатиона весной, когда Брайс мчалась спасать город.

Нашлись те, кто помнил это, кто видел ее бегущей им на помощь. Они свидетельствовали в пользу Брайс, подтверждали, что она не только спасла город от демонов Хела, но и от серных ракет, выпущенных по приказу астериев.

Утро выдалось для астериев крайне хлопотным – только успевай поворачиваться. Так, как и планировала Брайс. А как только во дворце начнется экстренное совещание, одновременно с ним начнется операция по освобождению Мидгарда от власти этих паразитов.

– Один неверный шаг – и мои сыновья… – давясь слюной, прошептала Лидия.

– Отодвинь страх, – сказал Рунн. Он уже не пытался ее утешить, а вел себя предельно честно. Этой честности он научился от нее. – Сосредоточься на наших задачах, а не на разных там «что, если».

– Он прав, – подхватила Брайс. – Не тащи эту ношу с собой.

Они с Хантом сидели поодаль, склонившись друг к другу. Флинн и Дек расположились впереди. Один следил за обстановкой на прилегающих улицах, второй, с ноутбуком на коленях, пробивался на имперский пункт управления механокостюмами. Через несколько часов у этих костюмов должны появиться другие «операторы».

– Мои сыновья – не ноша! – Лидия резко выпрямилась.

– Конечно нет, – поспешила исправить оплошность Брайс. – Но ты знаешь дворец как никто другой. Если ты отвлечешься, это нам может дорого обойтись.