Должно быть, Ригелус предполагал, что они отправятся к Северному Разлому, и приказал Гарпии устроить засаду.

Хант собрал силу молний, отчего туман вокруг него наполнился странным свечением.

– Что они сделали с тобой? – спросила у Гарпии Брайс.

Гарпия не ответила. Казалось, она не слышала вопроса или не считала нужным отвечать. А может, теперь у нее не было голоса. И вообще не было ее самой. Только оболочка от прежней Гарпии.

– Поджарь эту суку, – тихо сказала Брайс, и Хант сейчас же ударил молниями по Гарпии.

Та улыбнулась, шевельнув крашеными крыльями.

Нет, ее крылья вовсе не были крашеными. Они на самом деле побелели, словно манипуляции астериев и энергия молний Ханта обесцветили черные перья.

Хант посылал снопы молний. Если бы не проклятая татуировка на лбу, он бы сейчас залил молниями все небо.

– Аталар! – донесся из тумана знакомый мужской голос.

Хант облегченно вздохнул, однако не рискнул отвести взгляд от Гарпии.

Исайя.

– Что за Хел? – спросил такой же знакомый женский голос.

Наоми.

Однако вскоре послышался и третий голос – тоже женский и тоже знакомый.

Обладательница голоса опустилась у Ханта за спиной, а его мигом пробрал озноб.

– Это еще что за новое зло? – удивленно произнесла губернатор Вальбары.

Брайс не знала, кто хуже: Селистена или Гарпия. Первая нанесла им предательский удар в спину, хотя и в переносном смысле. Зато вторая пыталась в самом прямом располосовать Рунну горло.

Им с Хантом не справиться сразу с двумя противниками, учитывая полярный мороз и собственный упадок сил после открытия Разлома. К тому же туман существенно ограничивал видимость.

Гарпия атаковала. Хант метнул в нее молнию. Избежать удара могли только самые быстрые из ангелов. У Гарпии это получилось. Рассекая туман, она камнем упала вниз, нацелившись на Брайс. Брайс откатилась. Гарпия ударилась о снежную корку, но тут же вскочила на ноги и снова устремилась к Брайс.

Исайя ударил по Гарпии волной ветра, сбив с ног. Хант помнил, что где-то рядом стоит Селистена, и повернулся в ее сторону.

Брайс расстегнула куртку, вытащила Маску и, не предупредив Ханта, приладила к лицу. Лицо сразу обожгло холодом.

Казалось, она погрузилась на большую глубину или, наоборот, поднялась на высоченную гору. Сила Маски заполнила голову Брайс. Кровь с гудением запульсировала по жилам. Вибрировали даже кости. Мир сузился до простого деления на живое и мертвое. Сама Брайс была живой, но Маска позволяла ей избежать смерти и жить вечно.

Звезда на ее груди тоже гудела, приветствуя силу Маски как старого друга.

Усилием воли Брайс подавила отвращение. Хант готовился ударить молниями по Селистене. Каждая вспышка придавала туману голубоватый оттенок. Гарпия, отброшенная ударом Исайи, снова была на ногах, готовая ринуться в очередную атаку на Брайс.

– Остановись, – велела Гарпии Брайс.

Она не узнала своего голоса.

Гарпия остановилась.

Остальные тоже замерли.

– Брайс, – выдохнул Хант, но сейчас он находился где-то далеко.

Он был живым, а ей нужно покончить с мертвецом.

– На колени.

Гарпия послушно встала на колени, продавив снег.

– Что за жуткое оружие… – успела произнести Селистена, но Брайс тут же оборвала ее:

– С тобой я разберусь потом.

Голос Брайс отдавался во всем ее теле, заставляя туман колыхаться, будто водная рябь.

Даже архангелица умолкла. Брайс вплотную подошла к Гарпии, скользнула взглядом по узкому отвратительному лицу. Она впервые видела существо, лишенное души.

Только тело, не имеющее своего центра управления.

Маска сильно меняла восприятие реальности, но все равно Брайс ощутила ледяной ужас. Ей подумалось, что она не только избавляет мир от рукотворного чудовища, а в чем-то помогает самой Гарпии. В пустых глазах воскрешенной не было ничего. Из всех эмоций астерии оставили Гарпии только гнев и ненависть.

Брайс не знала, дает ли Маска возможность повелевать душой и как быть, если души нет. Однако ей показалось, что Маска поняла задачу.

– Твоя работа окончена, – сказала Гарпии Брайс, и ее голос разнесся по стылой заснеженной равнине. – Упокойся.

Зрелище было тошнотворным, и в то же время Брайс почувствовала облегчение, когда глаза Гарпии закрылись и она повалилась на снег. Кожа начала усыхать и сморщиваться. Тело Гарпии вновь было мертво. На лице появились гнилостные пятна. Брайс знала, что под белым комбинезоном Гарпии с ее телом происходит то же самое.

Когда верная служительница астериев превратилась в иссохший труп, Брайс сдернула Маску, поймав на себе взгляды Наоми, Исайи и Селистены. Все трое смотрели на нее с неподдельным ужасом.