– Ты рассказал ему, что я девственница?

Уэйд отвечает за него.

– Не, это Ист.

Чертов Истон! Никогда не может держать язык за зубами!

– А еще, – с серьезным видом продолжает Уэйд, – не пугайся, если в первый раз оргазм не накроет. Ты же будешь вся нервная, в напряжении. А Рид не продержится дольше двадцати секунд…

– Уэйд, – с раздражением обрывает его Рид.

– Оставь их в покое, – рявкает Вэл, надевая рюкзак на одно плечо. – Лучше побеспокойся о собственной технике. Судя по тому, что я видела в школьной кладовке, тебе еще работать и работать над собой.

Уэйд прижимает руку к сердцу, как будто она только что выпустила в него стрелу.

– Как тебе не стыдно, Каррингтон?! Я же Ромео нашего времени!

– Ромео умирает, – сухо отвечает Вэл.

Мне едва удается сдержать улыбку, а эта парочка уже исчезает у лестницы. Уэйду придется как следует попотеть, это точно. Вэл однозначно не собирается облегчать ему задачу.

Мы с Ридом улыбаемся друг другу и входим в номер. Он тут же садится на кровать и просит меня сесть рядом.

Внутри у меня все скручивается тугим узлом.

– Погоди… – Я немного смущена. – Дай мне минутку, ладно?

Я бросаюсь в ванную, прежде чем он успевает ответить. Оказавшись одна, я смотрю на свое отражение в зеркале и замечаю, как сильно покраснели щеки. Чувствую себя идиоткой. Мы же с Ридом делали уже многое, с чего мне так нервничать? И тем не менее это происходит.

Сделав глубокий вдох, я достаю из-под раковины розовый пакет и начинаю неторопливо приводить себя в порядок: расчесываю волосы, поправляю бретели бюстгальтера, чтобы они держались на плечах четко параллельно, а не как попало. Снова взглянув в зеркало, я признаюсь себе, что выгляжу чертовски сексуально.

Рид согласен с этим, потому что, как только я выхожу из ванной, он стонет:

– Офигеть, детка!

– Подумала, что мне стоит переодеться во что-то более удобное, – с иронией отвечаю я.

Рид хрипло усмехается. Он уже снял рубашку, пока я была в ванной, и сейчас поднимается с кровати в одних лишь джинсах, в который раз поражая меня красотой своего тела.

– Тебе нравится? – смущенно спрашиваю я.

– Еще как нравится!

Он подходит ко мне походкой голодного зверя, взгляд голубых глаз жадно блуждает по моему телу, и вот уже каждый его дюйм горит и изнывает от желания. Рид подходит еще ближе. Он такой высокий, намного выше и больше меня! Сильными руками притягивает меня к груди. Его губы опускаются на мою шею и целуют.

– Хочешь, скажу кое-что? – шепчет он в мою разгоряченную кожу. – Тебе необязательно наряжаться для меня. Ты красива в любой одежде.

Рид поднимает голову и криво ухмыляется мне.

– И еще красивее, когда совсем без одежды.

– Не порть этот момент, – сердито говорю я. – Я слишком сильно нервничаю. Мне нужно чувствовать себя красивой.

– Ты красивая. И не надо нервничать. Мы не станем делать ничего, чего ты не захочешь.

– Ты идешь на попятную?

– Ни за что. – Руки Рида скользят вдоль моего тела и останавливаются на талии. – Сейчас меня уже ничто и никто не остановит.

Я так сильно хочу этого, что уже едва могу дышать. Раньше я никогда особо не задумывалась о том, каким будет мой первый раз, не мечтала о розовых лепестках и свечах. Если уж совсем честно, я даже и не думала, что это будет с тем, кого я полюблю.

– Хорошо, потому что я уже больше не могу ждать, – говорю я Риду.

– Ложись, – хриплым голосом отвечает он и подталкивает меня к кровати.

Я молча вытягиваюсь на спине, положив голову на подушку.

Рид стоит у края кровати, потом стягивает с себя джинсы.

Когда он ложится рядом, у меня перехватывает дыхание. Его губы накрывают мои, и Рид нежно целует меня, но это лишь поначалу. Когда я приоткрываю рот, его поцелуи становятся более страстными и настойчивыми.

Его твердый член прижимается к моему бедру, и по всему телу разливается желание, которое всю неделю пульсировало в моей крови, стоило мне лишь подумать об этой ночи. Рид языком проводит по моим губам, покрывает легкими поцелуями мою щеку. Руки исследуют мое тело, словно составляют карту из впадин и возвышенностей.

Прикосновение большого пальца к моему соску вызывает волну дрожи, которая прокатывается по всему телу. Поцелуй за ушком заставляет меня вытянуться в струнку от удовольствия.

Мы ласкаем друг друга, как мне кажется, очень долго, и вот уже оба задыхаемся и умираем от возбуждения.

Рид неожиданно отстраняется от меня.

– Я люблю тебя, – шепчет он.

– Я тоже тебя люблю.

Я прижимаюсь своими губами к его, и мы перестаем говорить. Мое сердце колотится в бешеном ритме, как и его. А его руки, начав свой путь вниз, дрожат.

К моей досаде, Рид не позволяет мне прикоснуться к нему. Каждый раз, как я хочу это сделать, он отталкивает меня.