Кто-то фыркает… держу пари, это та самая задница, Шпик, — прежде чем чьи-то руки дергают за рубашку, высвобождая мою голову из рубашечного плена. Ух ты, интересно, так ли выглядят роды?

— Господи, пожалуйста, перестань, — жалуется Шпик, потирая виски.

Откинув волосы назад, я улыбаюсь им.

— Приготовлю деньги! — Я разворачиваюсь и расстегиваю сумки, прежде чем разбросать деньги повсюду. Мне приходится разбросать некоторое количество денег, чтобы получился денежный плед на ковре в гостиной. Как только я начинаю испытывать счастье, я оборачиваюсь и вижу, что они все стоят и таращатся на меня.

— Серьезно? Я знаю, что некоторым мужчинам нравится, когда их раздевают женщины, но вас трое, а я могу с пользой потратить этот отрезок времени. — Я подмигиваю, и они снова задыхаются.

— Я думаю, она вполне серьезно, — шепчет Стрикер.

Нахмурившись, я упираю руки в бока и свирепо взираю на них.

— Конечно, серьезно. Что за задержка? Мы все знаем, что вы все хотите меня, и я тоже хочу вас, и Шпик тому свидетель.

— Верно, — добавляет он, и я киваю ему в знак благодарности. Наконец, мы на одной стороне.

— Так в чем дело?

— Э-э, просто… мы только что познакомились, и я думаю, мы не знали, что ты так сильно это чувствуешь? — городит Стрикер, глядя на остальных в поисках помощи, но они только качают головами и отступают.

— Чувак, у меня нет к тебе сильных чувств…ладно, вру. У меня есть сильные чувства в отношении непреодолимого желания переспать с вами всеми, но секс не означает чувств. Итак, кто хочет участвовать в сексе на денежном ковре? — снова спрашиваю я, немного сдуваясь. Я была так взволнована этой идеей. Надеялась слопать вишенку на злодейском тортике.

— Я за секс с тобой, — язвительно замечает Шпик, протягивая руку назад и стягивая футболку тем движением, на которое способны только мужчины. У него по-настоящему рельефное тело… Облизнув губы, я снова перевожу взгляд на его лицо.

— Черт возьми, она права, — добавляет Потрошитель, и звук молнии заставляет меня обернуться, чтобы увидеть, как он сбрасывает джинсы. Святые угодники, его бедра подобны стволам деревьев, они больше моего лица. Почему это так сексуально?

— К черту, — бормочет Стрикер, и я поворачиваюсь к нему, чтобы увидеть, что он все еще краснеет, но расстегивает рубашку и позволяет ей упасть на пол. Мой рот приоткрывается, когда я замечаю пирсинг в его левом соске и красивую, замысловатую мандалу и племенную татуировку, обвивающую его грудь и плечи. Ну, кто бы мог подумать? Все, что ему сейчас нужно, — это извращенная сторона.

— Если бы вы только могли слышать то, что я сейчас слышу… — стонет Шпик, глядя на меня с болью.

— Тише, я же сказала, что ты классно смотришься, правда? — Я для пущей убедительности погрозила ему пальцем.

— По-моему, это слово было созвучно глаголу «лизать», — он ухмыляется, как придурок, потому что ухмыляются только придурки. Тем не менее, он прав, он выглядит достаточно хорошо, чтобы его можно было сожрать.

Стоя посреди кучи денег, я смотрю на парней передо мной, все в разных состояниях раздевания, что чертовски сексуально, но они все еще так далеко от меня. Да, совершенно очевидно, что никто из них не собирается брать инициативу в свои руки. Взяв пригоршню денег, я бросаю их в них.

— Давайте, ребята! Займитесь делом! — кричу я. Они полностью разрушают мою фантазию прямо сейчас о том, что случилось бы, схвати они меня, разорвав на мне одежду и жестко трахнув на куче денег. Чертовы парни, представшие моему мысленному взору, куда лучше их.

Меня встречают еще более пустые взгляды, прежде чем Шпик качает головой и шагает ко мне.

— К черту все, — слова вырываются у него с рыком, когда он обнимает меня и приподнимает, приближая мое лицо к своему в яростном поцелуе. Я автоматически обхватываю его руками и ногами, крепко держась за него, пока мы целуемся. Его руки сжимаются на моей заднице, и я теряю себя в ощущении от его близости. Он на вкус как сахар, в котором растворили мужественного парня, и я не могу сдержать стон, который вырывается у меня изо рта. Он проглатывает его, целуя меня жестко и быстро, пока его руки массируют мою задницу. По крайней мере, пока не слышу голоса остальных.

Я чувствую присутствие Потрошителя у своего плеча. Я не понимаю, откуда знаю, что это он, но, когда я открываю глаза и оглядываюсь, я утыкаюсь взглядом в его обнаженную мускулистую грудь. Почувствовав руку в своих волосах, я поворачиваю лицо вправо, чтобы увидеть Стрикера за другим плечом, и стону от ощущения, что он играет с моими волосами.

Он сжимает ладонь, оттягивает мою голову назад, используя мои волосы в качестве ориентира. Мои глаза расширяются, но я следую его примеру. Поднеся мое лицо к своему, он целует меня с такой силой, что на нем остаются синяки, и я отвечаю на его поцелуй с такой же страстью.