Если он там и хочет быть один, я просто извинюсь и вернусь назад. Ничего страшного. Но когда дерево скрипит под моими шагами, мне начинает казаться, что его исчезновение имеет вескую причину.

И у меня такое чувство, как будто я вот-вот попаду прямо в ловушку.

Глубоко дыша, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, останавливаюсь на промежуточной площадке. Смотрю на свои часы, которые успели зарядиться, и замечаю, что снаружи уже почти стемнело, что явно не помогает моей затее. Но я двигаюсь вперед, мысли несутся со скоростью света.

Что я буду делать, если он… не в порядке? У меня нет телефона. У него нет телефона. Как мне позвать на помощь?

Достигнув вершины лестницы, сталкиваюсь с несколькими закрытыми дверями. Стою пару долгих мгновений, пытаясь услышать что-то, кроме завывания ветра. Снег вроде бы почти перестал идти, но ветер продолжает свирепствовать. Как по команде, сквозняк вызывает дрожь по всему телу, и я обхватываю себя за плечи, чтобы согреться.

Дохожу до первой двери и снова останавливаюсь.

Постучать? Или просто открыть?

Хочется закричать от раздражения. Я уже и так застряла в доме незнакомца посреди чертовой метели — без телефона, — и теперь должна выяснять, жив ли тот самый тип, что вырубил меня. Не знаю, стоит ли мне бояться или просто злиться. В итоге я решаю тихо постучать.

Ничего.

Пробую дверную ручку, она поддается. Открываю дверь, но в комнате темно. Не могу разобрать, что на полках и стенах, но ясно одно: Тёрнера и его пса здесь нет. Закрываю дверь и иду к следующей. В этот момент слышу тихое поскуливание, доносящееся из соседней комнаты. Медленно подхожу к ней, сердце стучит в ушах.

Снова стучу два раза.

Затаив дыхание, жду, прислушиваясь к усиливающемуся скулежу за дверью. Паника нарастает, когда Тёрнер не откликается. Снова стучу, на этот раз в два раза сильнее и громче, и уже начинаю думать, что за дверью найду его тело.

— Тёрнер, — зову я, мой голос хриплый от длительного молчания. — Ты в порядке?

Еще больше гребаного скулежа.

— Тёрнер, — говорю громче и берусь за дверную ручку. Она не поддается. Заперто. Дергаю за ручку, уже почти уверена, что он там мертв. Руки трясутся, когда я наклоняюсь, чтобы рассмотреть замок. Но там крошечное отверстие. У меня нет подходящего инструмента, чтобы открыть его.

Сдерживаю крик и разворачиваюсь, чтобы вернуться вниз. Может, найду что-то, чем можно взломать замок. На этом этапе это уже, кажется, неотложной медицинской необходимостью, верно? Смотрю на свои шерстяные носки и глубоко вдыхаю, стараясь не впасть в панику.

Я справлюсь. Всё в порядке. Найду, чем открыть дверь, и тогда…

За спиной раздается щелчок замка. Оборачиваюсь и вижу, как дверь медленно открывается, и Ганнер выскакивает из комнаты, весело виляя хвостом. Едва замечаю его, потому что Тёрнер появляется в проеме, потирая лицо.

Его глаза расширяются, когда он замечает меня, как будто он никак не ожидал меня увидеть.

— Что ты здесь делаешь?

Ты, блядь, издеваешься надо мной?

У меня отвисает челюсть, руки опускаются по бокам.

— Э-э-э… ищу тебя? Прошло почти два гребаных дня с тех пор, как я тебя видела, и я подумала, что…

Не могу закончить мысль, понимая, насколько драматично это будет звучать. Отвожу взгляд и тяжело вздыхаю.

— Просто хотела убедиться, что с тобой всё в порядке.

— Понял, — бурчит он, глядя на меня, подходя ближе. На нем та же одежда, что и той ночью, когда он исчез, и чем ближе он подходит, тем более потрепанным выглядит. Лицо бледное, глаза покрасневшие, плечи опущены. — Мне просто нужно было выспаться.

— Два гребанных дня? — вырывается у меня, не в силах скрыть беспокойство. — Я не знаю, как ты… я… — не нахожу слов, когда он подходит ближе, его темные глаза сверлят мои.

— Теперь я в порядке. Не переживай, — он проходит мимо меня, задевая мою руку, направляется вниз по лестнице, и Ганнер послушно следует за ним.

Стою в ступоре. Какого хрена он торчал там два дня? Выглядит так, будто он особо и не спал. Поворачиваюсь, следя за его фигурой, пока он не исчезает внизу, и качаю головой. Он перешел от страстного поведения до … вот этого?

С кем, черт побери, я тут застряла?

Спустя пару минут разворачиваюсь и иду вниз, радуясь теплу, которое ощущается на первом этаже. Мои леггинсы с флисовой подкладкой, но в хижине, где я собиралась остановиться с Адамом, было центральное отопление — и если оно здесь есть, то я о нем не знаю.

Оглядываюсь в поисках Тёрнера, в тайне надеясь, что он снова ушел наверх. Не то чтобы это помогло бы мне спать крепче по ночам. Сон прерывистый и беспокойный, а по утрам болит голова. Задняя дверь захлопывается, когда Ганнер вбегает внутрь, а за ним следует Тёрнер.

— Снегопад стихает, — говорит он, протирая глаза. — Но завтра начнется вторая буря.