Через пару минут в квартиру тихо вошла Вета. Честер пулей понёсся её встречать, и она села на пол, уткнувшись носом в его пушистый мех.

– Милая, ты чего? – Макс присел рядом и обнял её за плечи. – Расскажи, что случилось?

– Моя мама случилась…

– В смысле?

Вета вздохнула и опустила голову на плечо Макса:

– Вынесла мне мозг своими нравоучениями.

– И чему именно она пыталась тебя научить?

– Забей. Я жутко устала, хочу поесть и пораньше лечь спать, – она через силу поднялась на ноги и побрела в комнату, на ходу стягивая с себя платье.

– У вас какой-то женский заговор? Или сегодня полнолуние? Затмение?

– Вполне вероятно… – Вета вернулась, переодевшись в домашние шорты и топ на тонких бретелях.

– Ммм… Как мне нравится моя домашняя карамелька… – Макс, всё ещё сидя на полу в обнимку с Честером, послал улыбнувшейся Вете воздушный поцелуй.

– Что ты купил на ужин?

– Всё твоё самое любимое, – поднявшись, он потянул её за резинку шортиков и крепко прижал к себе. – Карамелька.

– Ммм?

– Ты такая сладкая. Даже, когда уставшая. Точнее уставшая ты ещё слаще, – Макс опустил голову и медленно поцеловал Вету, зарываясь пальцами в копну её тёмных волос.

Она без сопротивления ответила и с наслаждением позволила ему поймать в плен её язык. Внезапно в замке входной двери зашуршал ключ.

– Э…

– Чёрт…

В квартиру Веты вошла невысокая стройная женщина с шикарно уложенными седыми волосами и самым надменным взглядом, какой Макс мог себе представить. Это была Ольга Дюканж.

– Мама?

– Добрый вечер! – она бросила неодобрительный взгляд на ладони Макса, уже оказавшиеся под топом Веты.

– Здравствуйте, – одну руку он опустил, а второй сжал пальцы Веты, которая мгновенно напряглась в присутствии своей строгой матери. – Я Максим Давыдов.

– Я знаю, кто вы.

Поняв, что знакомство не обещало быть приятным, Макс убрал с лица признаки добродушия, пристально глядя на враждебно настроенную Ольгу.

– Не поздновато ли для визита вежливости, Максим?

Он посмотрел на часы и мгновенно парировал:

– Нет, вы как раз вовремя. Роллы любите?

Надменное лицо госпожи Дюканж превратилось в неподвижную маску. А ледяная рука Веты судорожно сжала его ладонь.

– Прошу прощения?

– Мы как раз собирались поужинать. Присоединяйтесь, – Макс готов был поспорить, что через секунду из ушей Ольги повалит густой дым, настолько бешеной она выглядела.

Очнувшись от первого шока, Вета выступила вперёд и попыталась разрядить обстановку:

– Мам, правда. Присаживайся, я сварю тебе кофе. Мы только вернулись домой, очень устали и хотим есть…

Её мать вскинула бровь:

– Вы? Домой? Ты – да. Но твой… Твой друг явно в гостях.

Тем не менее, она гордо прошла мимо Макса, разрывавшегося между попыткой беззвучно спародировать эту стерву и желанием съязвить ей в ответ. Но Вета бросила на него предупреждающий взгляд и быстро покачала головой. Ольга, не меняя жёсткую осанку, по-царски присела за стол. Макс налил себе стакан воды и сел напротив:

– Как прошла ваша пятница?

Ольга Дюканж, каждый раз слыша его голос, казалось, откусывала дольку лимона и жутко морщилась.

– Отвратительно.

– О, понимаю.

– Ничего вы не понимаете, Максим.

Его раздражение внезапно было стёрто волной сарказма:

– Нет-нет, прекрасно вас понимаю!

Вета, стоя у плиты к ним спиной, прыснула от смеха.

– Единственное, чего я НЕ понимаю, это повод относиться ко мне с подобным предосудительным негативом.

– Конечно, куда уж вам!

– Будьте любезны, просветите невежду, – он бросил взгляд на напряженные плечи Веты, но отступать не собирался. – Я не наркоман, не маргинал, не повеса. Прекрасно образован, занимаю хорошую должность и даже для Москвы отлично зарабатываю. Красив, подтянут и дважды в год хожу к стоматологу. Что не так?

Вета уронила ложку, которая так звонко ударилась об кафель, что Честер подскочил с подоконника и пронёсся под столом по ногам Ольги и Макса. Глаза госпожи Дюканж злостно прищурились, а с её губ сорвалось ядовитое:

– Вы, Максим, обслуживающий персонал.

– Мама!!! – Вета от неожиданности не удержала турку, и та глухо ударилась о каменную столешницу. Горячий кофе выплеснулся на пол, и Вета в последний момент успела отскочить, чтобы не ошпариться. – Ты вообще в себе?!

Макс резко поднялся из-за стола, с трудом переваривая услышанное, и достал из кухонного ящика бумажные полотенца, чтобы было чем занять руки, жаждущие сжаться в кулаки.

– Ещё как в себе!

– А я, по-твоему, не обслуживающий персонал?!

– Ты – наследница! Это совсем другое.

– Что за чушь ты несёшь? Боже!

– Это я должна восклицать «Боже!», зная, с кем ты вздумала встречаться!