– Я помню, – наконец шепчет она, взглянув на меня глазами, полными слёз, и с тёплой улыбкой на лице. Моя красивая девочка. – Букет из лотосов был прекрасен.

Маттео, найди нас. Найди и спаси свою дочь.

– Кажется, нужно объяснить по-другому.

Ублюдок, избивавший меня, встаёт и в один шаг подходит к Адриане. Она всё ещё в пальто, но её тело покрылось мурашками, и можно увидеть, как она дрожит. От холода или же от страха – я не могу быть уверен. Она пристально смотрит на надвигающегося мужчину. Несмотря на верхнюю одежду, её открытые ноги на виду, поэтому она пытается сесть таким образом, чтобы хоть немного скрыть их и не привлекать внимание к себе и своему телу. Умная девочка. Моя.

– Не смей, блять, трогать её, если ты хочешь остаться в живых, ублюдок! – взорвался я, заставив его рассмеяться.

Он не отступает. Вместо этого садится на корточки рядом с Адрианой и берёт своими грязными руками её подбородок, привлекая к себе, при этом не спуская с меня глаз.

– Сукин сын! Отвали от неё!

В груди зарождается рык, кровь звенит в ушах из-за разгорающейся ярости от того, что он прикасается с ней. Адриана пытается вырваться из его захвата и отвернуться, но ублюдок сжимает её челюсть с такой силой, что я вижу, как мягкая кожа краснеет от его пальцев.

– Я убью тебя. Ты будешь выть от боли, пока твоё тело будет барахтаться в моих руках, словно немая рыба, – я собираюсь сдержать слово, как только выберусь отсюда.

– Давай попробуем. Посмотрим, что ты мне сделаешь, если я начну на твоих глазах раздевать её, а потом трахну её тугую киску.

Я дёргаюсь вперёд, чувствуя, как за спиной наручники впиваются в кожу на моих запястьях. Он покойник. Я убью его собственными руками. Медленно. Он будет долго страдать за то, что посмел даже подумать о том, что сможет сделать такое с моей Адрианой.

– Хватит.

Раздаётся приглушённый, но резкий голос из тёмного угла, в котором был забыт ещё один мужчина. Послышался звук, похожий на стук каблука, а после по деревянному полу сдвинулся стул и человек встал.

– Не нужно портить этот романтичный момент между двумя влюблёнными, Стив. Не будь кретином.

Судя по тому, что козёл отошёл от Адрианы, мужчина был тем самым боссом, которого они ждали. Руки, что держали мои волосы в сильном захвате, разжимаются, когда он направляется к нам, хромая и опираясь на трость.

Аноним.

Лунный свет падает на него, когда мужчина выходит из тени и останавливается в нескольких шагах от нас, облокотившись на свою трость. Невысокий, в чёрном плаще и перчатках. На вид ему не больше тридцати пяти или сорока. Светлые волосы, завязанные в хвост на затылке, голубые глаза, что смотрят на меня с абсолютным безразличием, гладко выбритое лицо со шрамами от ножа: на виске и на щеке.

– Вот мы и встретились, Алессио, – говорит он, приблизившись ещё на один шаг. – Полагаю, ты в недоумении и в голове множество вопросов. Не переживай, я всё расскажу. Отвечу на все твои вопросы. Ведь именно поэтому мы здесь, не так ли?

– Чего тебе нужно? – спрашиваю я, не теряя времени и пытаясь вывести его на разговор, чтобы Маттео успел добраться до нас.

– На самом деле ты – последний человек, от которого мне что-то нужно. Просто, видишь ли… – аноним взмахивает рукой, словно дирижёр на концерте, – ты оказался не в том месте и не в то время. Я понятия не имел о твоём существовании. Твой отец отлично справился, скрывая тебя от меня и всего мира. Но представь моё выражение лица, когда я узнал, что ты сын Джованни Гуэрры. Мы не успели с ним пообщаться по душам перед тем, как его машина взлетела на воздух вместе с ним, но с тобой мы поболтаем.

Кровь ударила мне в голову. Весь гнев и злость, что были спрятаны глубоко внутри, но постепенно распалялись и поднимались на поверхность, теперь хлестали через край. Звук в ушах, появляющийся каждый раз, когда хаос вырывается наружу, приглушает всё вокруг на долю секунды. Всё, о чём я могу думать в этот момент, – что этот ублюдок сделал с моим отцом.

Перед глазами вспыхивает момент, когда я бегу к машине Маттео, но она взрывается, мгновенно вспыхивая, словно дополнительный розжиг для моего костра ненависти. Одна и та же ситуация, однако если в этот раз Маттео не было в машине, то мой отец был подорван вместе с ней без какого-либо шанса на спасение.

Неугасимая ярость наполняет мою грудь, и я через всю боль, что мучает моё тело, толкаюсь вперёд и сажусь на колени, пытаясь вырваться. За этим следует удар ногой в живот, отчего я отлетаю обратно к стене.

– Нет! Алессио! – отчаянно вскрикивает Адриана.

Я захожусь кашлем и захлёбываюсь собственной кровью. Одним глазом я вижу, как она в слезах рвётся ко мне. Когда мне удаётся немного прийти в себя и перестать задыхаться, пугая Адриану ещё больше, я сажусь и ободряюще улыбаюсь ей. Она смотрит на меня, а горькие слёзы текут по её щекам. Чёрт возьми.

– Я взбередил не зажившую рану? Виноват, не подумал, – насмехается сукин сын.

– Чего ты хочешь?