Во время подготовки к гонкам я сидела в боксах59 с командой, в дни гонок ждала в пит-лейне60, после – в постели Коннора. Все шло своим чередом, но эмоции оставались где-то далеко. Мне было безразлично. В голове не укладывалось, зачем люди вкладывали миллионы долларов в создание болида61, который в одночасье мог разбиться на бешеных скоростях. А мысль о том, что пилоты сознательно идут навстречу смерти, вселяла ужас. Это было выше моего понимания. Для Коннора же «Формула-1» была всем – его первой и единственной любовью.

Однажды я задала ему вопрос: «Что тебе нравится в этом спорте?» Его ответ застал меня врасплох: «Жизнь, которую я веду благодаря престижу и победам». Не этот ответ ты ждешь от человека, который каждую гонку балансирует на грани жизни и смерти.

– Эй, Марти, Лукас! – окликнула я ребят, когда они вышли из раздевалки.

– Малышка Маккой! – Марти подошел ко мне и поднял в воздух, крепко обнимая. – Ты смотрела игру, да?

– Конечно. Это фантастика! Парни, поздравляю!

– Спасибо, мисс Америка, – улыбнулся Лукас, и на его лице появились милые ямочки. Это прозвище приклеилось ко мне после нашего разговора в самолете, когда я рассказала, что до шестнадцати лет знала только американский футбол.

– Ты ищешь Диего? – поинтересовался Марти, небрежно кладя руку мне на плечо.

– Да, он еще не вышел?

– Нет, тренер задержал его после игры. Остальные уже ушли к автобусу, – пояснил Лукас, кивнув в сторону раздевалки.

– Хорошо, я тогда потороплю его, – сказала я, освобождаясь от тяжелой руки Марти, который продолжал ухмыляться. Обходя его, я уже собиралась открыть дверь раздевалки, но тут Марти снова окликнул меня:

– Не забывайте про защиту, детки мои! Мне еще рановато становиться дядей! – С этими словами он бросил мне пакетик презервативов, который я едва успела поймать в воздухе.

– Фу.

– Черт, придурок, держи свое дерьмо при себе. – Лукас толкнул Марти в плечо и потянул его к выходу, но тот лишь расхохотался и помахал мне рукой:

– Увидимся, Селена!

Когда парни исчезли из вида, я закинула пакетик в сумку и вошла в раздевалку.

Внутри громко играла «Carnival» в исполнении Канье Уэста и Тай Долла Сайна, и их строки о минете эхом отражались от стен. Я поморщилась от музыкального вкуса команды.

Песня заглушала шум воды, доносившийся из душевой кабинки справа от входа. Осмотревшись, я удивилась чистоте помещения. Вместо ожидаемого беспорядка – разбросанных полотенец, бутылок и грязной формы, передо мной предстала почти стерильная комната. Только полная корзина грязного белья в углу напоминала о недавнем присутствии здесь двадцати четырех игроков.

– Диего? – позвала я, но он не отвечал. Музыка продолжала греметь, и, одной рукой прикрыв глаза, я осторожно пошла вперед, используя вторую как опору, пока не добралась до душевых кабинок.

С каждым шагом духота становилась все ощутимее, и вскоре моя кожа покрылась испариной.

– Эй, тебе пора поторапливаться, Чемпион. Тебя ждут, – произнесла я, делая еще один шаг вперед.

Звук льющейся воды внезапно прекратился, а музыка стихла. Не услышав ответа, я допустила роковую ошибку и убрала руку с глаз.

О Всемогущий мужчина на небесах!

Диего стоял ко мне спиной полностью обнаженным. У меня была всего пара секунд прежде, чем он обернул полотенце вокруг бедер, но я успела заметить его подтянутую загорелую задницу.

Даже в юности у Диего было атлетическое телосложение, но сейчас оно стало еще совершеннее, а эти ягодицы… Они были настоящим грехом, искушавшим и пробуждавшим неуместные мысли о моем начальнике. Проклятие, я пялилась на задницу своего босса!

Когда из моей груди вырвался стон, я поняла, что выдала себя. Резко повернувшись, я едва не ударилась о стену позади себя. Но было слишком поздно. Меня поймали на месте преступления.

– Маккой? – услышал я его голос.

Черт. Черт. Черт…

Я прикрыла глаза ладонью, надеясь, что это поможет избежать неловкости, и теперь вместо созерцания его великолепного тела изучала плитку душевой комнаты, куда мне вовсе не следовало заходить.

– Что ты здесь делаешь?

Его голос был холодным и жестким, как сталь, и я не сомневалась, что сейчас его взгляд мог бы убить. Так я себе это и представляла: челюсти плотно сжаты, желваки под кожей ходили ходуном.

Что я здесь делала? Ах, да. Пришла поздравить его с победой. От волнения и возбуждения после игры я забыла обо всем на свете и влетела сюда, не думая о последствиях. Теперь же меня волновало совсем другое – подкаченные ягодицы, похожие на два сочных…

Соберись, Селена Элизабет Маккой!

– Извини, я звала тебя, но ты не слышал, – поспешно объяснила я.

Жара в комнате казалась невыносимой, но горячий душ не имел к этому никакого отношения. Попасться, подглядывая за собственным начальником, – худшая характеристика для резюме и рекомендаций, которые мне потребуются, если Диего решит меня уволить. Что вполне ожидаемо после еще одного косяка.