Мои губы раздвигаются. Его палец скользит между ними. Между ними скользит кровь. Я инстинктивно провожу языком по порезу и сглатываю.

Магия перетекает от него ко мне, словно я сосуд, который его сущность жаждет наполнить. Я резко вдыхаю. Руван отдергивает руку, когда мое беспокойство начинает притупляться, а чувства обостряться. Он хмурится, но я не спрашиваю, почему. Я не хочу знать, что вызывает его недовольство, когда это так... восхитительно хорошо.

Я не знала, чего ожидать от эликсира, который дал мне Дрю. Клятва произошла как в тумане. Но теперь я приняла силу с открытыми глазами. Я готова к тому, что она обрушится на меня, и использую ее силу как импульс. Я кручусь и бросаюсь в темноту, пока хватает смелости и сил, преследуя шум битвы.

Вентос и остальные — как в тумане. Я без труда рассекаю первого изверга правым серпом, а левым ловлю запястье второго. Они оба падают с коротким криком агонии, мертвые от серебра, пробившего их кожу. Еще один монстр бросается на меня; я уклоняюсь и переворачиваюсь на спину, перебивая ему позвоночник, в то время как на меня набрасываются еще двое.

Удивительно, но первой меня настигает Винни. Легкое маленькое существо — вихрь клинков и кинжалов. Она бросает два. Пока она достает первый кинжал, наносит еще один удар. Еще два падают от ее клинков, когда она тянется за вторым.

Я сосредоточенно смотрю вперед. Из глубины доносятся стоны — то-то могучее и грозное. К нам идут новые. Я чувствую их. Еще, еще больше. Я распределяю свое внимание между теми, кто вокруг меня, и теми, кто приближается, работая то в хвосте стаи, то впереди следующей волны.

Между ударом одного тела об пол и последующими пятью, врезающимися в меня, есть мгновение, чтобы перевести дыхание. Они налетают все разом, когтистая рука хватает меня за плечо, когда я уничтожаю еще двоих. Пять, десять, двадцать — эти безмозглые изверги не смогут меня уничтожить.

Если сам лорд вампиров был мне ровней, то ничто иное, как он, меня не остановит. Но не так. Не с его силой.

Руван. Я чувствую, как он движется позади меня. Я знаю его так же хорошо, как свою плоть и кровь. Я беззастенчиво высасываю его силу, продолжая пробиваться вперед, отталкиваясь от тела, чтобы зацепиться за два, используя свои серпы в их плечах, чтобы проскочить дальше по коридору.

Ухмылка рассекает мои губы. Эта... эта борьба теперь кажется... почти приятной. Я слишком сильна, чтобы эти монстры могли меня остановить. Их кровь теплеет на моем лице и руках. Я облизываю губы, чувствуя ее жжение на языке. Их кровь кислая по сравнению с кровью Рувана. Но, тем не менее, она подпитывает меня. Более дешевая, более грязная магия. Но все равно сильная. Она поможет.

Еще, кричит голос внутри меня, тот самый голос, который оживил эликсир в ночь Кровавой Луны, дай мне еще!

Я кручусь, замахиваюсь, сбивая сразу четверых. Я едва замечаю, что остальные члены моей группы отстают от меня. Слишком медленно. Они пропускают все самое интересное впереди. Но, пожалуй, я разбавлю их стаю. Тогда им не придется сильно волноваться и бороться.

Коридор заканчивается буквой Т. В груди заклокотало. Дыхание такое неровное и рваное, что больно. Такое ощущение, что я вдыхаю не воздух, а стекло. Но я все равно глотаю его, мышцы кричат, легкие болят. Я почти хочу, чтобы мое тело сломалось.

Сломалось, чтобы его можно было восстановить с помощью этой магии. Я хочу большего — быть чем-то большим.

Справа раздается грохот, возвещающий о том, что врагов не счесть. Я вижу их вдалеке — целая орда, едва способная протиснуться через зал. Они наскакивают друг на друга, продираясь сквозь кожу своих союзников, и все это в спешке, чтобы добраться до меня. Я опускаюсь на ноги и уже собираюсь сделать выпад, когда Руван окликает:

— Налево! — Я мгновенно перестраиваюсь. Мы движемся влево, а эта орда надвигается справа. На полпути между мной и массой есть дверь. Слова вампиров о том, что нужно охранять маршруты и обеспечивать безопасный проход, не дают мне покоя даже в боевой дымке. Я бегу.

— Я сказал, налево! — кричит Руван. Это только еще больше раззадоривает зверей. Со стен доносятся вопли и крики. Такое впечатление, что весь замок построен на фундаменте из этих чудовищ. Теперь я понимаю, что они имели в виду, когда говорили, что мы должны путешествовать днем, пока «они успокоены». Если они успокоились, то что принесет ночь?

Я расправляюсь с первыми тремя и отбрасываю их трупы назад по наклонному коридору, опрокидывая еще четверых. Один бросается на меня, и я убиваю его метким ударом в висок. Я хватаюсь за дверь и наполовину закрываю ее, когда трое пытаются прорваться внутрь. Это игра в нарезку и удары ногами, пока я медленно пытаюсь закрыть дверь. По крайней мере, у меня есть преимущество.