— Я должна выплатить то, что должна им за уход и оплату, пока я была женой смотрителя маяка. — Слова почти застревают у меня в горле, и я снова благодарна за тяжелый фужер, когда отдергиваю руку, чтобы проглотить полный рот эля. — Я также должна закончить оплачивать его «страдания».

— Его страдания? — У сестры такой вид, будто она сейчас перевернет бар в гневе из-за меня. — Что еще ты можешь быть должна? Ты платишь ему двести кронов в год — больше, чем многие могут себе представить. Просто услышав, как она говорит «двести крон в год», еще раз подчеркивает невозможность той суммы, которой обошлась моя свобода. Я даже умереть не могу, чтобы не быть обузой для тех, кого люблю.

— Они хотят, чтобы я заплатила ему десять тысяч, — говорю я ей, чтобы она не рисковала своим положением в Совете, узнав об этом, — а я знаю, что она бы обязательно узнала, если бы я держала это в секрете.

— Прости? — Эмили бледнеет и замирает.

— А потом еще десять тысяч Совету, чтобы вернуть инвестиции, которые они вложили в меня, пока я была женой смотрителя маяка.

— Ты не видела от него ни кроны! — За эти годы Эмили постепенно узнала приблизительные обстоятельства моей жизни. Я должна была объяснить им все, когда появилась, воскреснув из мертвых, и, насколько им было известно, проигнорировала все их письма, прежде чем море забрало меня. Но я избавила ее от самых мрачных подробностей. Все-таки сестра — женщина взрослая и умная. Она догадалась о самом худшем.

— Говори тише, Эм. Пожалуйста, — шиплю я. — Я не хочу, чтобы Отец знал.

— Что ты собираешься делать?

— У меня есть идея. — Я уставилась в свой фужер.

— Это не то, что я думаю… не так ли? — Эм сужает глаза. — Вик? Скажи мне, что ты не собираешься плыть северным путем.

Я пожимаю плечами и делаю долгий, долгий глоток.

— Я думала, что Лорд Эпплгейт отказался от этого маршрута после последнего приближения?

— Возможно, он передумал. — Ходят слухи, что Компания Эпплгейт в настоящее время испытывает трудности. Серебряные рудники не дают прежних объемов добычи, а наземный маршрут сталкивается с бесконечными и дорогостоящими неудачами при попытке пробить туннель в горах. По словам Матери, на рынок поступает очень мало серебра.

— Нет. Мне все равно. Я запрещаю.

Я слегка хихикаю.

— Ты не можешь мне запретить.

— Я, конечно, попытаюсь! Теперь это не только морские чудовища. Я слышала, что в это время года сирены в том районе звучат еще сильнее, а местность слишком скалистая, чтобы совет мог установить маяк ближе, чем… — Чем тот, на котором ты была, остановила она себя, чтобы не сказать.

— Чем у Чарльза, — все равно говорю я.

Она трогает меня за руку.

— Вик, только что затонул корабль.

— Меньший капитан на меньшем корабле. — Я сжимаю ее руку.

В этот момент в бар входит не кто иной, как мой работодатель. Я знаю, что он пришел проверить мою последнюю поставку, но возможность всегда представляется именно тогда, когда мне это больше всего нужно. Магия сирен, как и всегда, открывает передо мной нужный путь. Я потираю татуированное запястье в знак благодарности, вставая.

— Если позволишь, я отойду на минутку.

Эмили ловит меня за руку.

— Пожалуйста, не делай больше этой работы. Мы можем найти деньги другим способом. Оно того не стоит.

— Это в последний раз, — уверенно заверяю я ее.

— Ты сказала это в прошлый раз. — Эмили вздыхает. — Вик, я серьезно.

Я наклоняюсь вперед и заправляю ей за ухо прядь волос, такого же медово-золотистого оттенка, как у меня, как у нашей матери. Она лучшая из всех нас, внутри и снаружи.

— Я тоже… серьезно забочусь о тебе, Ма и Па.

Ей не нужно знать об ультиматуме Совета. В конце концов, она узнает или просто догадается. В Тенврате существует всего несколько наказаний для должников, и ни одно из них не является хорошим. Но я не допущу, чтобы она узнала об этом, когда придут коллекторы и утащат ее и моих родителей в тюрьму для должников. Или… что еще хуже… Чарльз потребует, чтобы Эм вместо меня переехала жить к нему на маяк. Я заключу тысячу сделок с тысячей сирен и умру тысячей смертей, прежде чем позволю этому случиться.

— Ты можешь лучше присматривать за нами, когда ты не монстр.

— За все свои годы я не видела ни одного монстра. Это просто отговорки для плохих капитанов или объяснения неожиданных штормов. — Это правда, что я не видела… Но я жива благодаря сирене. Так что мне лучше не думать, что их нет.

— Мы можем помочь с суммами.

— Это единственный способ.

Она берет меня за запястье, когда я пытаюсь уйти. Лорд Ковольт Кевхан Эпплгейт — просто Кевхан, среди друзей — стоит на полпути через маленький бар, вытаскивая вату из ушей. — Пожалуйста, ты же погибнешь.

Я улыбаюсь и целую ее в лоб.

— Со мной все будет в порядке. Так было каждый раз.

— И каждый раз была близка к этому. Вик…

— Не волнуйся.